Краткая история всего полностью

В своем крайнем выражении данный подход, как мы видели, питает регрессию — как индивидуальную регрессию к биоцентрической и эгоцентрической позициям, так и культурную регрессию к племенным и садоводческим идеалам. Сведение Космоса к флатландской чувственно воспринимаемой природе и затем попытки стать едиными с этой природой через биоцентрическое погружение ведут к восхвалению глубоких регрессии, доконвенциональности, телесной ограниченности и нарциссизма. В этом-то и состоял весь урок романтического падения — чем ближе вы подбираетесь к доконвенциональной природе, тем более эгоцентричными вы становитесь. И вновь мы видим, как глубинные духовные прозрения в случае неблагоприятных интерпретаций приводят к крайне печальным результатам.

В.: Вы говорили, что экологическая мудрость состоит не в умении жить в согласии с природой, а в умении сделать так, чтобы субъекты пришли к соглашению в отношении того, как жить в согласии с природой. Другими словами, в том, как интегрировать Большую тройку.

К. У.: Да. Люди не рождаются с желанием позаботиться о Гее. Подобное благородное состояние глобальной заботы является плодом длительного, трудоемкого и сложного процесса роста и трансценденции (включающего в себя, как мы видели, более полудюжины стадий, или вех, внутреннего развития). Но, подобно мультикультурализму, типичные подходы Эко порицают реальный путь трансценденции, который и приводит к возникновению данного благородного состояния.

Это, в свою очередь, полностью саботирует попытки других людей достичь этого состояния и подстрекает всех к впадению в свои низшие проявления. Это уже произошло с мультикультурализмом, а также и со многими Эко-подходами. И вправду, мультикультуралисты и экотеоретики нередко объединяли усилия в продвижении ретрибализации (возврата к племенному образу жизни и племенной разобщенности. Прим. перев.) американской культуры.

В.: Но базовая идея мультикультуралистов состоит в том, чтобы ценить индивидуальные различия.

К. У.: Да, но это можно воплотить только лишь под защитой мироцентрической позиции универсального плюрализма, который сам по себе не возникает, вплоть до постконвенциональных стадий (стадий 5, 6 и выше). И, следовательно, без требования, чтобы люди развивались и эволюционировали до этих более высоких стадий, и без поддержания их в этом мы, по сути, лишь подстрекаем их к проигрыванию своих более поверхностных проявлений. И, как следствие, лишь немногие действительно стремятся к достижению мироцентрической позиции, а ведь только она обеспечивает защиту.

Вместо этого всевозможные ретрибализация, фрагментация, доконвенциональность, эгоцентризм и этноцентрическая поверхностность — все эти «многообразия» воспеваются как часть децентрированной мироцентрической позиции, тогда как они суть именно то, что предотвращает и подрывает данную позицию, увлекая индивида ко все более регрессивным формам поведения и политике нарциссизма. Политике, которая, если она действительно преуспеет, разрушит ту самую мироцентрическую позицию, что изначально и защищала плюрализм. И это, в свою очередь, откроет двери для настоящего притеснения, этноцентрических войн и империалистических кошмаров. Мы потеряем достижения всех освободительных движений, отвоеванные благой вестью Просвещения и его мироцентрической терпимостью.

В итоге вы просто приходите к тому, что поддерживаете отсутствие роста, отсутствие развития, отсутствие эволюции. Вы воспитываете культуру регрессии и политику нарциссизма. И это — вы будете радостно сообщать самому себе — наконец-то освободило вас от ужасного притеснения, имя которому современность.

В.: Раз уж мы затронули эту тему, вам ведь хорошо известно, что большинство великих традиций мировой мудрости во многом находится в оппозиции к современности. Современность рассматривается как великое антирелигиозное движение — великое движение по рациональной секуляризации, которое «убило» Бога.

К. У.: Вот именно — убило мифического Бога. Но Дух во всем процессе как таковом, а не в какой-либо предпочитаемой эпохе, периоде, времени или месте. Разум и рассудок имеют больше глубины, чем мифология, а посему они на самом деле представляют собой дальнейшее развертывание потенциалов самого Духа. Рациональное отвержение Бога содержит в себе больше Духа, чем мифическое утверждение Бога, просто потому, что оно содержит в себе больше глубины. Само движение современности являет собой коллективное увеличение свободы Духа, о чем свидетельствуют, помимо всего прочего, великие освободительные движения, определяющие самую суть современности.