Краткая история всего полностью

Нет, веха 2 просто начинает осознавать болезнь под названием «сансара», тот факт, что, будучи отдельным и чувствительным эмоциональным существом, вы открыты для всех превратностей яростной фортуны. Вы окажетесь в мире боли, страдания и кошмарного ада, и у вас есть два и только два варианта действия: сбежать в предыдущее слияние, в предыдущее обморожение, где не было сознавания данного отчуждения, или же продолжить рост и трансценденцию, пока вы не окажетесь способны превзойти данное отчуждение в духовном пробуждении.

Но сторонники ретроромантизма попросту воспевают предыдущее состояние обморожения и воспринимают его как прообраз божественного пробуждения, как некое подобие бессознательного Рая. Однако состояние слияния не является бессознательным Раем, это бессознательный Ад. Вместе с вехой 2 этот ад начинает сознаваться, вот и все. На самом деле это большое достижение.

В.: Даже при условии, что веха 2 довольно «несчастливое» обретение в процессе развития.

К. У.: Горько-сладкое, да. Но предыдущее состояние является состоянием онемения, а не недвойственности; неведения, а не блаженства. Моя собака тоже не мечется в душевных терзаниях и не мучится угрызениями совести, но освобождение ведь не состоит в том, чтобы заново вернуть себе сознание собаки. Или «зрелую форму» сознания собаки.

Нет, когда мы пробуждаемся в качестве отдельной эмоциональной самости, со всеми радостями и ужасами, которые с этим связаны, мы в действительности трансцендируем предыдущее состояние слияния. Мы в некоторой степени пробуждаемся. Мы получаем больше глубины и сознания, и этому внутренне присуща своя ценность, своя значимость. Но, как и в случае со всеми стадиями развития, за каждое возрастание сознания необходимо заплатить свою цену. Такова диалектика прогресса.

В.: Итак, а что если все проходит относительно хорошо на вехе 2?

К. У.: Что ж, позвольте мне сначала сказать, что если на этой вехе происходит какая-то неприятность — то есть нечто худшее, нежели та нормальная кутерьма, которую в любом случае и представляет собой эта веха, — тогда либо самость остается в состоянии слияния с этой эмоционально-нарциссичной стадией (и получаются так называемые нарциссические расстройства личности), либо процесс дифференциации начинается, но не находит разрешения, и образуется что-то вроде диссоциации (так называемые пограничные расстройства). Именно такую общую классификацию и этиологию мы и находим в работах таких исследователей, как Кохут, Мастерсон, Кернберг, Малер, Стоун и Гедо, если упомянуть лишь некоторых из них.

В любом случае у самости не выработано реалистичных эмоциональных границ. В нарциссических и пограничных синдромах личность, таким образом, не имеет ощущения цельного «я», и это, вероятно, одна из самых определяющих черт данных патологий. Самость либо относится к миру как расширению самой себя (нарциссическое расстройство), либо испытывает постоянное вторжение и подвергается мучениям со стороны мира (пограничное расстройство). Этот уровень патологии называется пограничным, потому что он находится на границе между психозом и неврозом. Он иногда называется «стабильно нестабильным». Растущая самость пережила мучительное расщепление на втором крупном распутье, которое ей встретилось на пути развития.

В.: Но что если веха 2 преодолевается благополучно?

К. У.: Если все проходит относительно благополучно, тогда самость более не отождествлена исключительно с эмоциональным уровнем. Она начинает трансцендировать этот уровень и отождествляться с ментальным, или концептуальным, «я», которое представляет собой начало вехи 3 и репрезентационного ума.

Этот репрезентационный ум — это примерно то же, что Пиаже называл дооперационным мышлением. В моей терминологии реп-ум состоит из образов, символов и понятий. Вы можете все это увидеть, к примеру, на рис. 5.3.

Образы начинают возникать в возрасте примерно 7 месяцев. Ментальный образ более или менее похож на объект, который он репрезентирует, или представляет. Если вы закроете глаза и представите себе собаку, то «увиденное» будет весьма похоже на оригинал. Это и есть образ. Символ же, с другой стороны, представляет объект, но совсем не похож на объект, и это более сложная когнитивная задача. Символ «Фидо» (кличка пса. Прим. перев.) репрезентирует мою собаку, но он совсем не похож на мою собаку. Символы возникают на втором году жизни, обычно начиная с таких слов, как «ма» или «па», а затем очень быстро развиваются. Символы доминируют над сознаванием в возрасте приблизительно 2–4 лет.