— Да не надо меня прощать! — нападаю я. — Просто отпусти! Оставь в покое! Я не твоя Избранная! Это совершенно точно! Будь счастлив, Решающий, с той, которая умножит твои небывалые силы до космического уровня для борьбы с Тьмой! Это точно не я!
С невероятной силой прижатая к груди Фиакра, я практически задыхаюсь и пищу, как полевая мышь, попавшая в огромную мышеловку.
— Это не тебе решать! — злится он. — Почему не даешь событиям идти так, как положено? Как заведено испокон веков?
— Потому что не хочу! — не менее зло и решительно заявляю я, чувствуя себя если не революционером, то оппозиционером точно. — Я, как свободный человек, могу не хотеть! Могу!
— Не можешь… — Фиакр не просто удивлен, он в шоке. — Это твоя обязанность. Откуда такое свободомыслие? Такая распущенность?
— Распущенность?! — почти кричу я. — Ничего себе обвинение! И куда это я распустилась?
— Ты думаешь, размышляешь, не соглашаешься, — возмущенно отвечает Решающий. — Ты не имеешь на это никакого права!
— Не согласна! — парирую я, представительница своего мира, отсюда, из этого мистического и страшного мира, кажущегося несправедливым и порочным, пытаясь сохранить в себе наследие своего, теперь кажущегося более правильным и добрым. — Нельзя решать за всех!
— Как это?! — теряется Решающий. — Это моя главная задача. Мой путь. Мое предназначение. Мой святой долг — спасти Империю даже ценой собственной жизни. Кроме меня, никто этого не сможет.
— Так женись скорее — и спасай! — нервно дергаюсь я. — Я тут причем? Я не та, которую ты ищешь!
В карете наступает молчание. Тяжелое, тягучее, давящее на сердце и на сознание.
— Я знаю, — тихо отвечает Фиакр. — Знаю, что это не ты. Но… Но мне почему-то невыносимо это осознавать. Я растерян. Я хочу двух женщин одновременно. Это наказание за то, что я слишком долго ищу единственную. Империя устала от моей разборчивости.
— Ого! — восклицаю я, удивившись, что пробила твердокаменную уверенность Решающего в себе. — Так нас не сто, а только двое?
— Одна… Сначала она была одна, — хрипло, как будто и не мне отвечает Фиакр. — Я был поражен ее первым появлением. Это казалось невозможным. Странным. Противоречащим всему и всем. Потом она появилась еще и еще… И я понял — это моя женщина.
— Прекрасно… — горько говорю я. — Я тут зачем?
— Ты так на нее похожа! — скрипнув зубами, рычит Фиакр. — Но ты не она! Она мне недоступна! Нам никогда не быть вместе! Она…
Решающий замолкает.
— Тебе не быть с ней, поэтому ты наказываешь меня? — возмущаюсь я, ревнуя к самой себе. — А кто будет учитывать мое мнение?
— Твое мнение? — удивленно переспрашивает Решающий, и я еще раз отчетливо понимаю, что своего мнения в этом мире у женщин нет.
По крайней мере, у женщин, входящих в послужной список Решающего.
— А нельзя как-то постараться и найти ту, которая тебя так… зацепила? — примирительно интересуюсь я. — Я без претензий! Я даже помочь готова!
— И как же ты поможешь? — не верит мне Фиакр. — Ты даже не знаешь, кого искать!
— А ты расскажи! — прошу я, схватив его руки. — Расскажи!
— Ты как очарованная! — с досадой говорит Фиакр. — Если бы я не знал, что на Обещанных невозможно наложить чары, то я бы сейчас даже расстроился.
— Почему? — недоумеваю я.
Я спрашивала, почему на Обещанных нельзя наложить чары, Фиакр решил, что мое «почему» связано с его расстройством.
— Потому что ты необычная, — отвечает он. — Не похожая ни на одну из них. Всех остальных.
— Это просто первое впечатление, — начинаю я уговаривать Решающего. — Ошибочное впечатление. У тебя же не было возможности поговорить, пообщаться с остальными девушками. Я привлекла тебя красной вуалеткой. Мираж. Фикция. А весьма интересные женщины остались незамеченными. Женщины, достойные внимания Вашего Превосходительства.
— Ты меня не просто удивляешь, — говорит он в ответ. — Даже пугаешь. Я действительно первый раз встречаю Обещанную, которая ею быть не хочет. И пунктом моего Свода Правил Бошар пользуется впервые.
— Жизнь штука сложная, — философствую я. — Ты не можешь нравиться абсолютно всем. Это логично.
— Я не могу не нравиться, — просто, скромно, без нажима и пафоса отвечает на мои слова Фиакр. — Я Решающий.
— При таком уровне самомнения и самолюбования трудно что-то объяснить, — пожимаю я плечами. — В любом случае, я не собираюсь за тебя замуж. Ты не хочешь на мне жениться. Мне кажется, это настоящая гармония в отношениях.
— Я женюсь на тебе, если… — Фиакр снова хмурится. — Если не найду ту, которую ищу.
— Вообще прелестно! — саркастически смеюсь я. — Запасной вариант! Большая честь!
— Не понимаю, что тебя удивляет, — возражает он. — Это судьба всех Обещанных.
— Хорошо устроился! — фыркаю я и шепчу себе под нос. — Просто петух в курятнике!
— Приехали, — сухо констатирует Фиакр, когда карета останавливается.
Ожидая увидеть ресторан или что-то в этом роде, я в изумлении останавливаюсь, едва спустившись с помощью Фиакра со ступенек кареты. Это не ресторан. Это огромный деревянный корабль под белоснежными парусами в изумрудной гавани.