– А из-за чего? Из-за моего малолетнего соседа? Не реви! Ты его еще не видела. Если бы ты его видела, тебе бы тоже захотелось этому тормозу леща прописать. Хочешь, поедем ко мне, я тебе его покажу. Даже постою на стреме, пока ты его лещами будешь угощать. Потом можем ко мне зайти, выпьем пивка, поставим романтическую музыку. Насчет резинок не беспокойся, я их всегда под подушкой держу, на всякий случай. И еще, если ты не против, давай Кольку Скунса позовем. Нет, я не в том смысле, что и он тоже участвовать будет. Просто пускай он посмотрит, какая у меня девушка, истечет завистливой слюной и всем потом расскажет. Блин, как же мне будут завидовать. А когда до Машки дойдет, вот она локти-то кусать будет…. Эй, ну хватит уже плакать. Вдруг нас гаишники остановят, а ты вся в слезах. Подумают, что я тебя побил.
– Я просто вспомнила свою черепашку Лялю, – громко шмыгая носом, сообщила Ярославна.
– Чего? Кого вспомнила?
– Черепашку. У меня в детстве была черепашка.
– Черепашка? Нет, у меня черепах не было. А вот у Кольки была. Помню, мы ею зимой в хоккей играли. По льду катится хорошо, а вот удар держит неважно. Колька мне передачу сделал, я прошел защитника, пробил по воротам, но мимо. Черепаха ударилась о бортик коробки, и нам пришлось искать новую шайбу. Хорошо Витька рядом жил, сбегал домой за хомячком.
– Бедная Ляля, – утопая в слезах, бормотала Ярославна.
– А что с ней случилось? – участливо спросил Гриша. – Тоже хоккей? Или эксперименты с микроволновой печкой? Нет! Не говори! Сейчас угадаю. Ты просверлила панцирь дрелью, чтобы посмотреть, где у нее моторчик. Точно?
– Боже мой! Нет! – в отчаянии вскричала Ярославна. – Я любила Лялю. Я бы никогда не причинила ей вред. Тем более, не стала бы сверлить панцирь дрелью.
– Тогда что же с ней случилось?
– Она улетела в космос.
– Чего?
– Я так любила Лялю, что хотела сделать ее первой в мире черепахой-космонавтом, – стал рассказывать Ярославна. – Я сконструировала ракету, посадила в нее Лялю и запустила с балкона к звездам.
– Неужели она в космос улетела? – изумился Гриша, ощущая укол зависти. Как убого он выглядел со своими живодерскими достижениями в сравнении с Ярославной и ее конструкторской мыслью. Это же надо – запустить черепаху на орбиту Земли!
– Ракета взорвалась при запуске, – выпалила Ярославна, и громко зарыдала. – Ляля погибла. Балконную раму разнесло вдребезги, из всех соседних окон стекла выбило.
– Ничего себе! – восхитился Гриша. – Блин! И чего мы раньше с тобой не познакомились? Ты такая классная. Я бы в жизни не додумался балкон взорвать. Слушай, а в милицию тебя не забрали?
– Мне тогда всего восемь лет было, – проворчала Ярославна, прекращая оплакивать первую в мире черепаху-космонавта. – Какая милиция? Отругали, конечно, сильно, потом месяц гулять не пускали.
– Да, здорово, – продолжал восторгаться Гриша. – Слушай, а давай еще раз такое повторим, вместе? У Кольки Скунса балкон большой, а соседи все одни уроды. Взорвем весь дом на хрен! Я знаю, где можно пороха достать. Давай! Будет весело. Уверен, что это нас очень сблизит. Вот только где Колька после этого жить будет? – вдруг озадачился Гриша. – Как бы ко мне не пришел проситься. Так-то он парень терпимый, но уж больно прожорливый. И храпит он жутко. И еще у него привычка дурная есть – грязные носки не стирает, а в морозилку складывает, чтобы они морозной свежестью пропитались. Вместо этого вся еда пропитывается ароматом его ног. Нет, Кольку к себе пускать не вариант. Придется ему жить в подъезде. Поставит там раскладушку, телевизор, нужду будет в шахту лифта справлять.
Ярославна вытерла слезы, и сказала уже спокойно:
– Подъезжаем. Веди себя хорошо. Не провоцируй людей резкими движениями и глупыми вопросами.
На обочине стояло два автомобиля. Рядом с ними топтались люди в черном одеянии, весьма зловещие на вид. Ярославна съехала с дороги, заглушила двигатель и выбралась наружу. Гриша, немного робея, вылез следом. К Ярославне привык, уже не боялся, но эти, новые, незнакомые и невесть что замышляющие, внушали определенные опасения. Толстой ведь тоже обещал миллионы и блондинок, а на деле выяснилось, что хотел расчленить и скормить голодным животным. Быть может стрельцы окажутся добрее опричников?
Гриша опасливо приблизился к группе людей. Ярославна говорила с лысым типом средних лет, судя по уголовной физиономии – потомственным коллектором.
– А с этой машиной что делать? – спросил лысый, имея в виду трофейный автомобиль, на котором они прибыли на место встречи.
– Отгоните в лес и сожгите, – ответила Ярославна.
– Опричники знают о вашем побеге? Погони ждать?
– Не думаю. Но нужно спешить. Утром наш побег раскроется в любом случае.
Один из крепышей подошел к Грише, держа в руках подозрительный прибор с длинной и очень толстой антенной. Гриша попятился, и с опаской спросил:
– Это случайно не анальный зонд?
– Нет, – сухо ответил крепыш, и провел прибором вдоль Гришиного тела. – Просто хотим убедиться, что на вас нет жучков.