Здсь мы прерываемъ разсказъ для того, чтобы напомнить читателямъ все, что вытерпли офицеры и команда конфедеративнаго крейсера впродолженiе двухлтняго плаванiя. Во-первыхъ вс они были вн дома, вн своего семейнаго очага и не имли надежды когда либо снова увидть семью; во-вторыхъ тсное судовое помщенiе ихъ еще боле стснялось постоянно пребывавшими плнными, которые мало того что лишали ихъ этого скуднаго комфорта, но еще уничтожали ихъ запасы провизiи. Послдняя большею частiю бралась не изъ складовъ и магазиновъ, а съ плнныхъ судовъ и погружалась обыкновенно въ мор. Якорныя стоянки въ нейтральныхъ портахъ были коротки: какъ ястребъ присядетъ на втку, чтобы возобновить силы, и снова летитъ за добычей или паритъ въ облакахъ, такъ и Алабама зайдетъ въ портъ и снова, какъ можно скорй въ море, на просторъ; только тамъ она могла считать себя вн опасности. Къ этому прибавьте дурную пищу, постоянную готовность идти въ погоню за непрiятелемъ или бжать отъ него, непрерывную службу, всякую минуту быть на чеку выбжать на верхъ и проч. и проч., и тогда, читатель, вы согласитесь, что охотно продолжать такую жизнь команда не могла. Она уже и безъ того сдлала большую услугу отечеству — причинила не мало вреда своему гиганту-врагу. Одно что поддерживало команду — это безпримрная энергiя капитана Сэмса, благодаря которой Алабама сдлала столько вреда непрiятелю, что и тысячи людей не въ состоянiи бы были сдлать ничего подобнаго. Но природа человка беретъ всегда свое и онъ не можетъ долго переносить однообразiя; оно надодаетъ ему, особенно въ мор, гд непогоды и продолжительные штормы разстраиваютъ самые крпкiе нервы. А жители суши, окруженные всевозможнымъ камфортомъ, чего, чего только не писали объ этихъ труженникахъ моря, какихъ только обвиненiй на себя не приходилось прочитывать Алабам въ иностранныхъ газетахъ. То называли ее пиратомъ, то другими не мене обидными именами. Борясь съ океаномъ, она въ то же время читала французскiя, англiйскiя и американскiя газеты, переполненныя разными статьями о ея подвигахъ, но освщенныя не тмъ свтомъ, какимъ бы прилично было ихъ освтить. Настоящiй свтъ на Алабаму могло пролить только благодарное отечество, но отъ него-то она и не имла никакихъ извстiй. Югъ во время междуусобiя какъ бы отдлился отъ всхъ другихъ государствъ земнаго шара. Офицеры и команда Алабамы и сами отлично сознавали, что исполняли свой долгъ честно и послужили отечеству такъ, какъ боле и требовать нельзя, но всетаки отсутствiе нравственнаго и физическаго комфорта было причиной того, что они впадали въ меланхолiю и не давали себ настоящей цны, а поддавались иногда газетнымъ критикамъ.
Все это вмст взятое привело къ тому, что Алабама съ нетерпнiемъ стала ждать хоть какого нибудь конца и этимъ вполн объясняется восторгъ ея при вид Кирсэджа, входившаго и выходившаго за брекватеръ. «Наконец-то насталъ нашъ послднiй часъ!» подумали все до единаго на Алабам. Геройскiй бой, въ которомъ либо одна, либо другая сторона восторжествуетъ, не роняетъ побжденнаго. Алабама такъ долго подвизалась на славу и пользу своего отечества и принесла ему такъ много плодовъ, что если бы ее и ждало пораженiе, то это пораженiе слдуетъ считать только конечнымъ, неизбжнымъ результатомъ всхъ ея подвиговъ, но никакъ не безславiемъ. Она, тмъ не мене, ждала побды и шла на бой какъ на пиръ.
Капитанъ Сэмсъ былъ принятъ въ Шербург чрезвычайно радушно и гостепрiимно. Одно разршенiе погрузиться углемъ уже говоритъ много въ пользу симпатiи французовъ къ конфедеративному крейсеру. Во Францiи дуэли очень популярны и потому французы съ нетерпнiемъ ждали единоборста крейсеровъ федеративныхъ и конфедеративныхъ штатовъ. Французскiе моряки совершенно соглашались съ Сэмсомъ, что маневры Кирсэджа обидны для Алабамы, и что ей ничего боле не остается какъ выйти въ море и схватиться съ нимъ. Капитанъ Сэмсъ зналъ, что Кирсэджъ былъ и болььше и сильне Алабамы, но, пишетъ онъ: «я не зналъ что онъ блиндированъ». Лично онъ желалъ боя, такъ же какъ и команда, но, думаемъ, что президентъ Дэвисъ не осудитъ его за это рыцарское увдеченiе. Онъ потерялъ судно, но самъ остался живъ и къ услугамъ своего излюбленнаго отечества.
