Четвергъ, 18 декабря. Штормъ продолжается: горизонтъ занесло со всѣхъ сторонъ тучами, такъ что мы не можемъ взять полуденной высоты солнца. Мнѣ однако, кое какъ удалось взять близъ-меридiональную высоту, девять минутъ спустя послѣ полдня. Когда судно сомнѣвается въ своемъ мѣстѣ, то время около полдня чрезвычайно дорого для него: тутъ жадно слѣдятъ за облаками и съ нетерпѣнiемъ ждутъ когда онѣ откроютъ солнце; настанетъ моментъ — одно облачко откроетъ его, но не успѣетъ еще оно пронестись, какъ является другое и снова закрываетъ отъ насъ такъ внимательно сторожимое нами свѣтило. Нельзя не выразить всей досады, какую питаешь иногда къ природѣ; только изъ этой неравной борьбы и познаешь какiе мы слабые смертные!
«Штормомъ насъ снесло такъ много подъ вѣтеръ, что если онъ не перейдетъ въ другую четверть, то намъ не попасть въ юкатанскiй проходъ. Въ 2 часа пополудни поворотилъ на другой галсъ и легъ на SO. Пасмурность продолжается и послѣ полдня; по временамъ мелкiй дождь; волненiе громадное; качка до того жестока, что нѣсколько разъ будила меня, не смотря на то, что я сплю въ подвѣсной койкѣ. Вода ходитъ по палубѣ и поддаетъ въ офицерскiй люкъ, который мы принуждены держать открытымъ, изъ опасенiя задохнуться.
Пятница, 19 декабря. Вотъ уже третiй день, какъ упорно стоитъ штормъ отъ сѣвера, но это еще только цвѣточки, а ягодки впереди: насъ еще не то ждетъ въ Мексиканскомъ заливѣ; теперь мы въ Гондурасскомъ и отдѣлены отъ перваго только узкой полосой земли.
Суббота, 20 декабря. Одинъ изъ такихъ скверныхъ дней, какiя часто приходится видѣть: вѣтеръ и погода перемѣнныя. Утромъ дулъ свѣжiй NO и по временамъ выглядывало ясное солнышко. Въ 9 часовъ начала подыматься на сѣверѣ черная туча и около 11½ она густо обложила весь сводъ и разразилась сильнымъ шкваломъ съ дождемъ. Я шелъ къ мысу Каточъ и былъ не въ духѣ отъ того что не удалось взять полуденной высоты солнца. Около 11½ часовъ увидѣли берегъ; по описанiю часоваго съ салинга это должны быть два острова. Въ 4 часа пополудни бросилъ лотъ и досталъ глубины 28 сажень. Погода снова угрожаетъ штормомъ. Въ 6 часовъ взяли два рифа у марселей и опять бросили лотъ; глубина 25 сажень. Буду стараться обогнуть мысъ и постепенно приводить къ западу. Повидимому банка чиста и безопасна, но, во всякомъ случаѣ, ночью, ощупью пролагать себѣ путь — очень рисково.
Воскресенье, 21 декабря. Ночью успѣшно обогнулъ мысъ Каточъ. Все время держался въ предѣлахъ глубины отъ 25 до 30 сажень, имѣя курсы W и WtS. Каждый часъ бросалъ лотъ. Вѣтеръ дулъ почти со свѣжестью шторма и погода не предвѣщала ничего хоршаго. Утромъ вѣтеръ отшелъ къ O-ту и немного стихъ. Небо предвѣщаетъ зимнюю погоду; лучи солнца пробиваются чрезъ полупрозрачныя массы облаковъ. Въ 11 часовъ дѣлалъ смотръ команды. Въ полдень мимо насъ прошло большое паровое судно (кузова не видѣли), вѣроятно французскiй военный пароходъ, шедшiй изъ Вера-Круцъ.
Понедѣльникъ, 22 декабря. Всю ночь шелъ на WSW, имѣя все время глубину двадцать сажень. Въ девять часовъ вечера, подойдя на разстоянiе двадцати миль къ Аркасамъ, брсилъ, на ночь, якорь.
Вторникъ, 23 декабря. Въ девять часовъ утра вызвалъ всѣхъ на верхъ съ якоря сниматься; въ десять мы уже правили на WSW. Въ полдень, опредѣливъ свое мѣсто по обсервацiи, перемѣнили курсъ и легли на SW. Въ половинѣ втораго открылись Аркасы на полъ-румба вправо отъ курса, въ разстоянiи 12 миль. Съ заходомъ солнца бросили якорь на глубинѣ 11 сажень, имѣя южный Аркасъ на NWtN. Нѣскольк минутъ спустя, сюда пришелъ и нашъ транспортъ, которому было назначено здѣсь рандеву. Мы открыли его еще на ходу, вскорѣ послѣ полдня.
Среда, 24 декабря. Утромъ вышелъ изъ бухты и осмотрѣлъ входы и якорное мѣсто. Опасности всѣ видимыя, такъ что бояться нечего; надо только становиться подальше отъ рифовъ, которые тянуться отъ входныхъ мысовъ. Отъ сѣвернаго острова тянется къ западу, въ самой бухтѣ, еще одинъ рифъ, но онъ такъ хорошо видѣнъ, что не представляетъ никакой опасности. Аркасы — это три низкихъ камня, расположенные треугольникомъ; сѣверный изъ нихъ самый большой. Когда я послалъ на этотъ островъ шлюпку, то она нашла тамъ хижину, которая, судя по обстановкѣ, какъ то: котлу для растапливанiя жира и сѣтямъ, должна принадлежать или рыбакамъ, или промышленникамъ черепахъ. Теперь хозяевъ въ ней не было, вѣроятно потому, что еще не насталъ сезонъ для этихъ промысловъ. Множество птицъ, изъ породы чаекъ, были единственными обитателями острова; изъ нихъ много самокъ, высиживающихъ своихъ птенцовъ. Странно, что эти птицы вовсе не дичатся людей и охотно даются имъ въ руки или падаютъ жертвами отъ ударовъ палкой по головѣ. Изъ зелени нашли здѣсь только морскую капусту, разросшуюся на подобiе густаго, роскошнаго ковра; затѣмъ ни одного кустарника.
