Юра хорошо помнил приказ Изтома и здраво оценивал последствия его не выполнения, и поэтому не стал ему говорить о приближении апокалипсиса. Изтом тоже осознавал высокую вероятность разрушения и даже знал это точно, он чувствовал, но, также как и Юра, боялся. Пускай это будет большой взрыв, думал Изтом, а не завоевание. Иначе мне не оправдаться потом перед Виктором Бенедиктовичем и Петей Совком за неудавшуюся техноаферу.
— Только не вздумайте сбавлять темп! — продолжал Изтом, выходя на сцену. — Ты меня понял!?
— Да, Виктор Сергеевич, — ответил Юра, обливаясь потом. — Я вас хорошо понял!
Юра даже отвернулся, когда увидел, как пульсирует электронная шкала мощности, готовая хоть сейчас выпрыгнуть за границы выпуклого экрана старого лампового телевизора.
— Ну как, не передумали еще? — спросил Геннадий Павлович, принимая удары по голове и печени, от которых он всячески пытался укрываться руками и ногами, но, правда, это получалось у него не всегда удачно.
— Я пытаюсь сдерживаться, переворачиваясь с бока на бок, — говорил Борис Петрович, уклоняясь от промахов киянок, — но боюсь, не выдержу и заколочу со злости одного из них, как это сделал Петровский, и не важно кого — сектанта или второклашку. Все они — демоны!
— Ты прав! — ответил Геннадий Павлович, поперхнувшись от укола в печень. — Демоны!
— Нет! Да! — нерешительно отвечал Чилл, когда школьник и сектант, держа за руки, растягивали его в разные стороны. — Я не знаю!
— Тогда я повторяю еще раз, что нам больше никто не сможет помочь! — крикнул Геннадий Павлович и сплюнул кровью. — Не поможет!
— Мы должны верить! — ответил Борис Петрович, — Это лучшее чему я научился в этой проклятой секте религиозных технокукол — верьте!
И в этом Борис Петрович был бесспорно прав. Оказавшись сейчас на грани провала, они должны продолжать верить даже в чудо, чтобы дойти до конца и уничтожить установку Изтома. И тогда чудо непременно произойдет.
Не успевая за всеми сразу, Антон подключил дополнительный контроллер и продолжил играть уже двумя джойстиками, управляя толпой зеленых квадратиков, нападающих на меньшинство — розовых треугольников.
Увлекательная игра, казавшаяся на этот раз уже точно выигранной, опять неожиданно изменилась, когда на экране автомата ниоткуда появился неуправляемый огромный шар белого цвета, собранный из миллионов пикселей, от приближения которого стали убегать сектанты и школьники, интерпретированные программой в зеленые квадратики.
— Юра, у нас проблемы! — обернулся Антошка, не выпуская из рук джойстики. — Неизвестный персонаж, неподдающийся управлению, начинает распугивать армию, и я ничего не могу с ним сделать!
Пьяный Игорь Леонидович, сидя за рулем одного из школьных автобусов, разул глаза испугавшись, что уснул в самый неподходящий момент, когда нужна была его помощь. И не ошибся. Влетев на переполненном учениками школьном автобусе на центральную площадь парка — в эпицентр потасовки, он ударился головой об руль и потерял сознание, а когда очнулся — уснул, зажав в руке бутылку пива.
— Я тут, парни! — закричал Игорь Леонидович, выкарабкиваясь из-за руля. — Сейчас иду!
Взболтав остаток, Игорь Леонидович допил пиво и, не оставив на дне ни капли пены, швырнул бутылку через плечо и выскочил из автобуса. В руках он держал огромную мегапушку, похожую на оркестровую трубу.
Набрав побольше воздуха, Игорь Леонидович изо всех сил дул в сопло, извергая из себя накопившейся в легких перегар, который вместе с волной жидкой антиплазмы сметал нападающих.
— Я верил! — кричал довольный Геннадий Павлович. — Я верил, что мое изобретение может работать!
— Он сдержал слово, — ответил Борис Петрович. — Я в это верил.
— Я свободен! — завопил Чилл, распластавшись на залитом асфальте. — Свободен!
— Давай жми! — подсказывал Геннадий Павлович директору, харкаясь кровью — Сильнее! Сильнее!
Игорь Леонидович, прислушавшись к совету профессора, во время очередного выхлопа сильно зажал пальцами клапана мегапушки, затопив всю территорию парка усиленным потоком дурнопахнущей антиплазмы голубого цвета, которая унесла с центральной площади последних марионеток, оставив на месте только тех, кто находился на сцене.
— Остановите его! — кричал Изтом. — Слышите меня, остановите!
— Антошка, почему ты до сих пор не можешь его законтачить? — спросил Юра через плечо.
— У него пушка, и он сильно пьяный, — ответил Антошка, пытаясь его поймать. — Сигнал так просто его не берет.
— Юра!
— Лиза, подожди.
— Но Юра!
Он проигнорировал ее и быстро переключился на шефа, прижав к щеке микрофон:
— Сергей Викторович, он чертовский пьян и у него пушка профессора. — Юра быстро переключился на видео с камер наблюдения. — И судя по тому, что я вижу, она собрана по чертежам, которые мы нарочно забраковали с целью безопасности нашего проекта еще на стадии его подготовки, если вы помните.
— Тогда забери меня! — испугался Изтом. — Он смотрит на меня!
Юра выключил видеонаблюдение и смахнул с лица пот. Сейчас его больше всего занимала собственная безопасность, а не приказы шефа, которые уже мало чего значили для него.
