Но оставим господина Курви и его нрав на другой раз, возможно иную историю. Сейчас, тебе уважаемый читатель, будет интересно узнать, о состоянии Бенджамина и его боевой подруги. Что ж, с ними, на удивление, всё прекрасно. Да, изящное тело девушки покрывают синяки, от шеи до пальцев ног, а Бенджи обрёл здоровенную шишку, на пару со сотрясением и теперь носит медицинскую повязку, каждый вечер посещает лекаря; терпит, намазывания не самой приятно пахнущей мази на свою черепушку. Иосиф протрезвел как никогда, и следует отметить это ему не пошло на пользу. С иными же членами отряда, всё было ровно так же как и было: они уставшие, испуганные и готовые всё бросить.
— Главное — это хороший план. Внимание: видите тот булыжник. Во, то-то же. И он вас видит, потому как это и не булыжник вовсе… — Уроки в лесных чащах и полях позволяли семёрке не только отдыхать, но и набираться опыта. Как-то раз Курви взял с собой достаточно массивный арбалет и объявил об охоте на, как выразился mus, скрытников. Этот тип страховидл предпочитает, объяснял менторским тоном наставник, прятаться на виду, сливаясь с растительностью и местным ландшафтом. Камни, деревья, даже листочки — всё может быть скрытником.
— Теперь у меня разыграется параноя. — Заявил Ричи, внимательно исследуя каждый кустик.
— Значит и в городе этих…скрытников может быть полно? — Ина задала вполне логичный вопрос, на который Курви ответил следующим образом:
— Скрытники — это тот тип заморский чумы, который победит даже маленьких ребёнок. Чисто теоретически, да, они могут быть и в городе. Но вам нечего бояться, лаптем наступите да и всё, помрет мерзопакость. Но бывали случаи гигантских скрытников, которые брали на себя роли гор и вулканов. Вот там, конечно, башмаками не отделаешься.
Бенджамин впитывал новую информацию, истории, советы наставника подобно губке, понимая: вот он, настоящий авантюрист! В Курви преобладали качества присущие герою романа: бесстрашие, преданность делу и королю, интеллект и сила. Всё то, что юноша так мечтал получить явило собой образ mus’a и этот факт доставлял герою недюжинный комфорт. Да и вообще, каждый из семёрки был рад иметь такого покровителя, даже не подозревая, что тот уже договорился на третий день недели помочь священнослужителю строить часовню на большаке. Понятное дело нужны были рабочие руки… В конце концов, всё лучше, чем тренировки Ватрувия, но в этом семёрке, ещё предстояло убедиться.
***
Всё плохое, как и хорошее подходит к концу, закончились и деньки проведённые с Курви. Наставник звонко отблагодарил новичков, заплатив каждому по три золотых злати, что при здешнем курсе было вполне неплохо. Конечно хитрый наставник большую часть суммы полученной на постройку и от постройки припрятал себе, но это мало волновало выживших. Им вновь предстояло вернуться к elephantus, и перспектива дальнейшей каторги совершенно не радовала. Они опасались худшего, и это худшее произошло.
На следующий день, после тренировок Курви, в лагерь новичков пожаловал Ватрувий, всё такой же грузный и внушающий страх. Он смерил ехидным взглядом Ину, многообещающе встретился глазами с Бенджи и заговорил:
— Ну-с, отдохнули как погляжу, вы здраво. Что ж, значит и предстоящее испытания преодолеть сумеете. Я придумал как ускорить ваши мучения, и избавить, некоторые persona от них. Вечером жду вас у замка, за это время — ухмыльнулся мужчина — подумайте о побеге.
Весь день семёрка мучилась в догадках: что же придумал изувер и о каком испытании он говорил? Лучшим способ узнать — встретится лицом к лицу. И отряд отправился в назначенное место, минуя городские улочки с грустью и тоской. Оранжевый закат слабо согревал, лучами обнимая отважных героев. Он будто бы отправлял их в никуда, предварительно зная исход пути. Но Бенджамин был уверен: он не умрёт во что бы то ни стало, ведь помереть felis, мог и дома!
***
Каторга? Нет, не точно. Пытка? В очень извращённом понятии. Давление? Симптом, но не болезнь. Тогда как же назвать это? Издевательство. Да, над отрядом издевались, крепко хватая за нутро и превращая его в блевотную кашицу.
Стояла гробовая тишина, семёрка расположилась на полу, легли на бок, закрывая глаза. Вокруг лежали батраки, играя роль массовки, жаждущей хлеба и зрелищ. И если первое они получили вечером, то вот второе ждало их на протяжении ночи. Ватрувий медленно вышагивал вокруг лежащих на земле, в руках у elephantus’a была огромная, чугунная дубина, которой мужчина намеревался, как он выразился, сокращать численность бездарей. Так и начались адовы круги, в понимании лежащих.
Пол был холодный, а шаги наставника смешивались с топотом ещё нескольких наблюдателей. Они делали ставки, разные, но каждая из них была коварна: Кто не справится с эмоциями? Кто первый умрёт? Кто закричит? Эти и подобные вопросы витали в воздухе, становясь звонкой златью сыплющейся на стол зрителей. Ставки были сделаны, мнения высказаны.
