На барельефе на двух нижних блоках было изображено, как Иисуса пригвождают к кресту и как затем группа римских легионеров поднимает крест. На следующей паре барельефов был запечатлен Христос, висящий на кресте; из его рук и ног кровь струится на землю, а над головой висит надпись со словами «Iesus Nazarenus Rex Iudaeorum».[24] Камни у самого верха арки повествовали о событиях, непосредственно предшествовавших гибели Христа: о мгновении, когда он испил уксуса с губки, и о мгновении, когда голова его упала на грудь, смиренно приемля приход смерти.
— Извини, дорогая, но мне кажется, наши поиски совершенно бессмысленны. Я не вижу здесь никаких странностей.
— Ну посмотрите же внимательнее! — настаивала Мария. — Забудьте все то, что вы, по вашему мнению, знаете о распятии Христа, и постарайтесь воспринять эти барельефы свежим взглядом. Что их создатель говорит нам о происходящем?
Тяжело вздохнув, Бойд стал внимательнее всматриваться в барельефы. Он считал подобное занятие пустой тратой времени, так как изображения на арке, как ему казалось, навеки засели у него в памяти. И все-таки в душе он надеялся, что на видеопленке разглядит нечто такое, что упустил в катакомбах. Возможно, какое-то имя или лицо, которое он просмотрел. Или даже местонахождение еще одного свитка.
— О Господи! — У Альстера от неожиданности перехватило дыхание. — Взгляните на изображение земли на пятом барельефе! — Чтобы сделать свои слова яснее, он подбежал к телевизору и ткнул пальцем в блок, находившийся слева от смеющегося человека. — Смотрите сюда, чуть-чуть ниже моего пальца, рядом с основанием креста.
Пейн внимательно рассматривал изображение.
— Похоже на цветок.
— Не просто на цветок, — уточнил Альстер. — А на
— Особый? В каком смысле? — Пейн бросил взгляд и на другие изображения на арке и постепенно понял, что цветок есть только на одном из барельефов — там, где Иисус был изображен пьющим с иссопа. Кроме того, это был единственный барельеф, на котором вообще имелся фон, — факт, исполненный особого значения для всех присутствующих. — Минутку! Вы хотите сказать, что?..
Пейн взглянул на Марию, она кивнула, и все поняли, что Альстер нашел именно то, что она имела в виду. Она сразу узнала на барельефе цветок, определить который было несложно для человека, знакомого с растениями необычного вида. Перед ними была Mandragora officinarum, растение, из которого изготавливался самый популярный наркотик в Римской империи.
Тот, благодаря которому теперь могла произойти настоящая революция в истории религии.
Во второй раз за последние две тысячи лет.
Римско-католическая церковь — одна из богатейших организаций на Земле; ее собственность превышает триллион долларов. Кроме бесценных коллекций искусства она владеет акционерным капиталом, недвижимостью и золотом в количествах больших, чем у девяноста пяти процентов государств на планете. И при этом, как ни странно, представители католической церкви постоянно твердят, что они на грани банкротства. Из-за необходимости заботиться о более чем миллиарде верующих по всему миру они реально не располагают теми фондами, которые многие эксперты приписывают церкви. Более того, некоторые официальные лица из Ватикана неоднократно заявляли, что на самом деле католическая церковь каждый год теряет огромные средства и уже почти десятилетие существует в условиях острейшего дефицита.
Бенито Пелати расхохотался, когда впервые услышал подобные разглагольствования, так как прекрасно знал истину о состоянии финансов Ватикана. Он знал о существовании различных счетов в британских банках Ротшильдов, в «Швейцарском кредите» в Цюрихе и в «Чейз Манхэттен бэнк». Он знал и о золотых слитках, которые Ватикан хранит в Федеральном резервном банке США и в швейцарских депозитариях. Знал во всех подробностях…
Черт, благодаря своему лучшему другу кардиналу Бандольфо он собственными глазами видел все соответствующие документы.
Еще несколько месяцев назад Верховный совет Ватикана возглавлялся Бандольфо, харизматическим оратором, способным убедить кого угодно и в чем угодно. Не будучи ни излишне льстивым, ни заносчивым и дерзким, он так убедительно выражал свою точку зрения, что остальные члены совета редко возражали ему. Именно благодаря кардиналу Ватикан обращался к услугам Бенито, когда католической церкви требовалось осуществить что-то в обход законных путей. Половина совета восхищалась Бенито, его методами и результатами, которых он достигает. Вторая половина глубоко презирала его. Но в конце концов именно Бандольфо всегда удавалось убедить совет снова и снова прибегать к услугам Бенито.
Теперь многое должно было поменяться. Три месяца назад Бандольфо не стало.
