Впервые после приезда в Америку она обнаружила, что осталась в особняке на Гринвич-Виллидж совершенно одна. Люси с мужем были на своем первом совместном отдыхе в Калифорнии, где Фрэнки хотел осмотреть несколько виноградников, которые собирался купить, но у них оставалось время и на себя. Их дочь Джемма, которая все еще жила в особняке родителей в городе и ела в главном доме вместе с Филоменой, еще не вернулась с работы, а остальные члены семьи, а также кухарка и горничная находились в Мамаронеке и готовились к свадьбе Петрины.
Однако одиночество не беспокоило Филомену – у нее оставалось множество дел. Поскольку ее дочь Тереза теперь посещала школу в Уэстчестере, Марио и Филомена решили, что в будние дни во время учебного года будут жить там. Для этого требовалось перевезти часть вещей в их загородный дом, рядом с Петриной и Эми, который до сей поры сдавался одному кинопродюсеру, но срок аренды уже истек. Назавтра Эми обещала вместе с Крисом помочь Филомене с переездом.
Так что сегодня Филомена ходила из комнаты в комнату, слушая, как эхом отдаются ее шаги, и проверяла свой список, укладывая вещи таким образом, чтобы в понедельник грузчики смогли без проблем их забрать. Бо́льшую часть мебели накрыли чехлами, а все остальное хранилось в больших пронумерованных контейнерах. Китайский фарфор и столовое серебро Тессы были тщательно уложены и заперты в сундук.
Филомена вошла в столовую, вспоминая, как в первый раз попала в этот дом, где огненный осенний закат кидал косые сияющие лучи на полированный паркет. И сегодня она ощущала в этих тихих комнатах присутствие Джанни и Тессы. Интересно, узнала ли Тесса на небесах о том, что угроза, исходившая от ее убийц, благодаря Пиппе наконец-то устранена. Ей казалось, что она слышит голос свекрови: «Да, но какой ценой? Когда же мои внуки окончательно освободятся от ужасов старших поколений?»
Филомена обсуждала это с крестными матерями.
«Но Пиппа больше не боится, – задумчиво сказала Петрина. – Она говорит, что после того случая впервые со дня гибели Тессы спокойно проспала всю ночь. Она говорит, что больше ей не нужно беспокоиться о „мужчинах с оружием“».
«Но как все это перенесла Николь?» – спросила Филомена, беспокоясь о своей чувствительной одаренной крестнице.
Ограбление сблизило Эми и Николь, но они стали более сдержанными.
«Она была бледна как привидение, когда вернулась из ювелирного магазина, – признала Эми. – Поначалу она почти не могла ни есть, ни спать! Но мы провели вместе много времени. Сейчас с ней все хорошо. Она больше не хочет об этом говорить и утверждает, что все осталось в прошлом. Еще она очень рада, что ходит в школу вместе с Терезой».
Филомена, не очень-то поверив в эту светлую сказку и пристально посмотрев на Эми, сказала:
«Когда-нибудь нам нужно будет рассказать Николь о нашей семье и почему в нашей жизни появились братья Периколо, чтобы она поняла, что же произошло в ювелирном магазине и почему на нее напали».
«Когда-нибудь – да, – быстро согласилась Эми. – Если она нас спросит. Но не сейчас. Николь выкинула это из головы, и так будет лучше для ее здоровья. Она просто хочет, чтобы все вернулось на круги своя».
Таким образом, хотя бы внешне, жизнь успокоилась и более или менее вернулась в привычную колею.
– Разумеется, семье больше ничего не угрожает, – произнесла Филомена, будто горячо молилась духам предков, чье присутствие ощутила в доме.
Но сейчас, дойдя до кухни, она краем глаза уловила движение на заднем дворе и резко вскинула голову. Нет, это оказался не один из призраков. В саду Тессы стоял мужчина из плоти и крови со сложенными на груди руками. С губы у него свисала сигарета, и он в упор смотрел на Филомену через кухонное окно. Волосы его тронуло сединой – должно быть, ему уже было больше пятидесяти лет, но она сразу узнала угольно-черные глаза, кустистые брови и нос, кончик которого загибался вниз, будто клюв хищной птицы.
– Господи, это же он! – пораженно прошептала Филомена.
Главный Палач, когда-то возглавлявший «Корпорацию убийств» из кондитерского магазина в Бруклине, недавно вошел в мир крупных гангстеров. Теперь он стал боссом одной из Пяти Семей – после зловещего исчезновения своего предшественника. Тело так и не нашли.
Альберт Анастазия был не из тех людей, которых можно заставить ждать. Он поманил Филомену пальцем, и она, неохотно открыв дверь, вышла во внутренний дворик. Она чувствовала, что этот человек, просто стоя во дворе, может напугать даже самого отчаянного храбреца.
– Как родные? – спросил он резко, будто даже обыкновенную вежливость можно было превратить в оружие.
– С ними все хорошо, – с опаской ответила Филомена, ощутив угрозу, скрытую в вопросе.
Он задумчиво курил сигарету и рассматривал ее, будто размышляя, можно ли ей доверять.
– Ты ведь не американка. Откуда ты? – спросил он.
Филомена решила, что ей лучше придерживаться старой легенды о происхождении Розамарии – той истории, которую она рассказала Тессе, а та поведала всем знакомым.
– Из Тропеи, – был ее ответ.
