– Почти никогда… но случиться может в любой момент, – ответила Эми. – Даже пусть мы работаем с самыми «профессиональными» букмекерами и пусть даже нам поразительно часто везет, всегда есть шанс, что что-то пойдет не так. Очень не так – когда ставки настолько высоки. Потому что, в конце концов, ставки – всегда дело рискованное.
Шумная толпа в баре теперь требовала напитков, и Филомена тихо сказала:
– Тут мы поговорить не сможем. Нам нужно собраться всем вместе, с Люси и Петриной, в нашем доме. Сегодня вечером за ужином.
Когда Люси вернулась домой, там уже была Эми, которая тихо сказала:
– Джемма наверху с моими мальчиками. Они поужинали и теперь играют в карты.
Люси очень нравилось, что Эми так добра к Джемме. По воскресеньям Эми всегда забирала всех детей на летние развлечения. Порой она увозила их на Джонс-Бич, чтобы подышать свежим воздухом и окунуться в шумные волны Атлантического океана, порой – в модное кафе-мороженое в городе или на пикник в зеленый Центральный парк с тенистыми дорожками.
Но всегда, один раз на каждой неделе, Эми давала Донне поручение отвести детей в библиотеку, чтобы, найдя хорошие книжки, потренировать навыки чтения. Джемма была серьезной и усидчивой, но ее пытливый ум раздражали жесткие школьные ограничения.
– Спасибо за то, что так заботишься о моей малышке, – благодарно сказала Люси.
– Ну она, в конце концов, моя крестница! – радостно ответила Эми, но покраснела. Она всячески старалась быть подобрее с Люси и Джеммой, частично чтобы успокоить свою совесть за ту бурную ночь в гостинице в номере Фрэнки.
Она решительно выбросила эту мысль из головы. На самом деле Эми чувствовала себя легче в веселой компании Джеммы, чем со своими сыновьями. Винни и Поли в эти дни было так легко рассердить – особенно если сказать им, что пора учить арифметику и заниматься чтением, с тех пор как учителя сказали, что они «могут и должны стараться лучше».
Эми полагала, что их плохое настроение объясняется еще и тем, что их отец был смертельно болен – слишком болен, чтобы встретиться с ними. Они по нему скучали, но всячески сопротивлялись тому, чтобы показать ей свою слабость. Будто для них в таком зрелом, пятилетнем, возрасте было уже глупым полагаться на мать.
– Жена Марио созывает сегодня вечером совещание – со мной, тобой и Петриной, – объявила Эми. – Она пришла в мой бар специально, чтобы это сообщить. Что-то случилось.
– Мы только несколько дней назад проверили все счета и сметы, – с недобрым предчувствием заметила Люси. – Что она от нас хочет?
Она невольно восхищалась молодой женой Марио с ее стальным самоконтролем, который почти пугал Люси, а проницательный взгляд Филомены мог раскусить любую уловку. Но у Люси было то, что она сама называла «боевой ирландский дух», который всегда восставал, когда кто-то пытался ею помыкать.
– Эта девчонка крепкая как кремень, – тихо заметила Эми.
– Крепкая? Ну и мы не слабее, – решительно заявила Люси, и Эми почувствовала себя лучше.
– Возможно, когда у нее родится ребенок, она сбавит обороты со своим гроссбухом! – с надеждой сказала Эми, потому что жена Марио недавно объявила о своей беременности.
– Что же, пойдем и разберемся с этим собранием, – бодро отозвалась Люси.
Поначалу четыре женщины разговаривали о детях, ужиная супом из макарон с бобами, за которым последовала обжаренная форель с лимоном и кедровыми орешками. Но после того как кухарка Стелла убрала со стола и ушла в свою комнату, Филомена попросила женщин дать ей последнюю информацию по доходам, чтобы занести ее в гроссбух Тессы. Затем Филомена сообщила о финансовых делах магазина Марио. Казалось, что все идет хорошо.
– У кого какие вопросы? – спросила Петрина, как она всегда делала на правах главы семейства.
Люси, неуверенно глянув на Филомену, сказала:
– Я слышала жалобу на тебя от одного из наших партнеров по ресторану. Он говорит, что ты заставляешь платить крупных заемщиков точно в срок, а мелким делаешь поблажки. Он хочет знать, не превратились ли мы в кучку социалистов. Ты не особо много рассказывала нам о книге займов Тессы.
– Скажи этому человеку, что так мы вносим свой вклад в борьбу с Гитлером. Эти «мелкие заемщики» – люди, из семьи которых мужья или сыновья ушли на войну, так что семья не всегда может свести концы с концами, – объяснила Филомена. – И они, вообще-то, тоже платят по счетам, только немного позже.
– Я должна сказать, что мне вообще не нравится идея собирать плату с бедных семей, – признала Люси. – Но я чувствую, что кое-кто из наших клиентов нас проверяет. Они знают, что у нас дома не осталось мужчин. Один из арендаторов сказал мне, что я обязана быть более «добросердечной». Фрэнки никто и никогда не сказал бы такого!
– А что ты делаешь с людьми, которые не хотят платить? – спросила Петрина.
Люси стало неловко.
– Я прошу Сэла поговорить с ними, – ответила она. – К счастью, пока достаточно только разговора, ломать ноги никому не пришлось.
