Обалдевшие подруги едва успели податься в стороны. Влад прошлепал меж ними, как танк, не дрогнув лицом. Он их попросту не заметил.
— Да…а.
— От обалдения даже забыла, куда мы шли. Видимо, придется опять менять версию, — вымолвила наконец Варя.
— Похоже. Хреновые мы детективы. — грустно согласилась Маринка, — Интересно, что это с Владом сегодня?
— По-моему, совесть.
— Чего? У Влада — совесть? Он же альфонс! То есть, тьфу, как его, Казанова!
— Ты уж разберись в показаниях — альфонс или Казанова. Они разные.
— Ладно, не цепляйся. Прекрасно ты поняла, о чем я.
Тут подруги добрались до родника. Запрыгали по камням вверх по расщелине, набрали воды в бутылки.
Потом Маринке захотелось искупаться, а Варя отказалась. Здесь было скверно заходить в воду — крупные склизкие камни так и норовили вывернуться из-под ног. Того и гляди грохнешься. Варя забралась в тенек, рядом с каскадом крохотных водопадов. Могучие листья великанского зонтичного растения были, как зеленая хижина.
Маринка уже плыла далеко.
Варя проводила глазами темную голову, лениво зевнула и увидела Наталью.
Та шла медленно, вальяжной расслабленной походкой, дивный пляжный халатик распахнут на высокой груди. На губах сытая улыбка.
— Забей на Влада, — сказала Варя, когда Маринка вернулась. — Он точно никого не убивал. Его Наталья сейчас соблазнила, и бедняжке не по-детски стыдно!
— Чего-чего?
— Я ее сейчас видела. Шла с той же стороны… Довольная, как… как удав, который проглотил слона.
— Какие все-таки мужики сволочи! — с глубоким чувством выпалила Маринка.
Только на подходе к лагерю к подругам вернулась способность рассуждать.
— Если это не Влад, остаётся Костя. Почему мы про Костю всерьез не думали?
— Потому что Костя — жлоб. — отрубила Маринка, — и вообще — я поняла. Лучше поздно, чем никогда! Наталья, все-таки она!
— Но ее в лагере не было…
Варя запнулась.
— Вот именно!
И Маринка решительно тряхнула шевелюрой.
— Кто мешал ей подговорить Светку заранее? Она даже должна была так сделать! А они разговаривали, я сама видела!
— Не знаю. Ты же сама уверяла, что Наталья не при делах, кучу доводов привела и меня убедила. А теперь заново. Я знаю, почему ты на Наталью накинулась — из-за Влада. Тебе за Людмилу обидно, так?
— Ну, так, — нехотя согласилась Маринка.
— Плохо, что Джемайка не видела, кто гидрокостюм брал.
Вот если бы на нем отпечатки пальцев были. Мы бы у всех подозреваемых пальчики сняли — все бы сразу выяснилось, — вздохнула Варя, — и зачем этот костюм в воду окунали?
— Действительно, — фыркнула Маринка. — промашка вышла.
— Зря смеешься. Я, может, по уликам тоскую — ну хоть бы одну найти, как в приличных детективах положено. Всегда ведь находят! А мы… даже миску, и ту упустили.
— Знаю! Миска! Говоришь, улики не хватает? Так есть — миска!
Варя хлопала глазами.
— Не понимаешь? Да вот же!
Маринка ринулась в кухню, загрохотала, сметая посуду с полок.
— Вот! По форме похожая.
— И чего? Это ж не та. Та была красная.
— А мы ее покрасим.
— Чего?
— Того! Прикинь — что я придумала! Красим миску. И невзначай показываем подозреваемым! Как будто мы ее нашли! Круто?
— А если он, или она, знает, что миску найти нельзя?
— Ха. Ее либо спрятали, либо в море кинули, либо увезли в город — так? Значит, мы нашли или выловили! Или ее нам кто-то в городе передал — тот, кто все знает! А?
— Как-то неубедительно. Белыми нитками шито.
— Конечно, человек быстро сообразит, что миска не та. Но — он может себя на миг выдать! А мы — заметим и будем знать точно.
— Неплохо. А кому показывать?
— Всем. Косте, Джемайке, Наталье, и Владу — первому!
Варя так восхитилась идеей, что напрочь забыла первое правило детектива: провоцировать убийцу — смертельное занятие.
Операцию «Миска» запланировали перед ужином, в самом начале сумерек.
— Чтобы вроде и видно — а не совсем, — сказала хитрая Маринка.
Акварель для дела не годилась, но Варя вспомнила, что на складе с июня валяется банка акриловой краски — во время детской спортивной смены ей метили полосу препятствий.
Красили в палатке, заодно перепачкав себя, марлевый полог и спальники. Зато миска получилась — как ягодка.
— Или как новенький бакен, — поправила Маринка.
Засунула улику в пластиковый пакет и выглянула наружу — не болтается ли кто поблизости?
Но лагерь был пуст, погода установилась до того жаркая, что народ днями пропадал на пляже.
Сначала проверили Джемайку — просто потому, что на глаза она попалась самая первая.
Завидев понурую фигурку с неизменной парой ласт в руке, Варя трусцой припустила навстречу и, будто нечаянно, споткнулась и шлепнулась. Миска красиво выкатилась из пакета Джемайке под ноги.
— Носитесь тут, — сказала Джемайка. Перешагнула и, не покосившись на Варю, пошлепала дальше. Шорк-шорк.
У Вари защемило сердце. Занятые расследованием, подруги мало обращали на дайв-инструктора внимание, а та за последние дни ужасно изменилась.
— Нет, не она. И давай не будем ее больше подозревать, ладно? Бедняжке и без того скверно. — сказала Варя.
И Маринка, что удивительно, не возразила.
— Конечно. Лучше Влада проверим — тоже мачо выискался!
