Он сделал это быстро, Опять было жжение, что исходило изнутри. Закончив свое дело и не сказав ни слова, он удалился. Шаги затихли, стало горько и больно на душе. Не потому, что это был мой сын, а потому, что он был причастен к изнасилованию. Я не плакала, не всхлипывала, но удержать слезы не могла, они тихо потекли и закапали на мокрую траву. Хотелось заскулить как побитая собака, забиться в нору и забыть, кто я. Тошнило и выворачивало наизнанку.
Руки осторожно натянули свитер, закрыв от лунного света мои поруганные врата. Повалилась набок и тупо уставилась на торчащие из земли корни.
Звезды перестали плясать, они висели высоко в небе и бездушно взирали на меня. На удивление, мыслей не было, был только вакуум, пустота. Поняла, как страшно оказаться в безграничной пустоте и темноте, ведь это и есть мука, заточение. Ветерок шевелил верхушки деревьев, было душно, после вечернего дождя сильно парило.
Я смотрела в небо, что ему до меня, оно видело многое, а я — только искорка от костра. Странно, но на душе было спокойно, никакой тревоги. Я испытывала удовлетворение от пережитого, казалось, должна себя ненавидеть, страдать от угрызения совести, от того унижения, через которое прошла. Но нет, ничего подобного. Я лежала и вспоминала эти мгновения, и мне это доставляло огромное удовольствие. Вспомнила, как азер меня тащил, как я брыкалась, как сорвал плавки, как он пальцем, как раздвинула под него ноги. Я вспомнила руки, сжимающие грудь, это мой сын. Вспомнила, как сперма вытекала из меня, густая, с сильным запахом. Провела пальцами по лобку, вздрогнула. Мне показалось, что на меня смотрят, приподняла голову, осмотрелась, никого. Раздвинула ноги и ладонь положила поверх губок. Горячо, очень горячо, жар исходит изнутри. Топка полыхала, гудела как доменная печь. Пальчики коснулись ложбинки. Ой… Только и смогла я тихо сказать. Состояние нежности, женской неудержимой похоти, состояние получать удовлетворение. Пальчики забегали вдоль губок. Тело затряслось. Сдерживая стоны, я сжалась в комок. Глубокий оргазм поглотил меня.
Меняется все, хотим мы этого или нет. Только глупец будет утверждать, что он непоколебим. Все меняется, и надо это принимать с благодарностью, смотреть на мир с широко открытыми глазами и не бояться этого. Все меняется, все.
Я шла домой, нога ныла, только ссадины на колене напоминали о падении, да еще ладони были в царапинах. На улице никого. Было бы так всегда. Я шла домой.
Почему иногда то, что является реальным, становится нереальным, и наоборот, нереальное вдруг приобретает очертание действительности. Кажется, что с тобой этого не произойдет, это только в книжках можно прочитать, вымысел автора, или в кино. В крайнем случае, в новостях. Это тебя не касается, это происходит с кем-то, а ты всего лишь зритель. Кажется, что это другая жизнь, ты сейчас проснешься и эти навязчивые сны, что так похожи на реальность, просто сотрутся из твоей памяти. Ты потянешься в своей любимой постели, и все будет как прежде. Но как прежде уже никогда не будет, это и обидно.
Таиланд. Я так мечтала съездить, побывать в этой древней стране, посмотреть храмы, позолоту, слонов. Даже бредила ей, и вот я тут. После возвращения с плавания Петр, мой муж, решился наконец-то полететь. Он жутко не любит самолеты, не признается, но похоже, что просто боится. Вот море — другое дело. Купили горящую путевку в курортный город Паттая. Я быстро пробежалась в интернете по истории, экскурсиям, развлечениям и, уставшая, но довольная, летела над облаками.
Неделя жизни в новой стране пролетела незаметно. Мне не сиделось на месте, хотелось всего и сразу, а вот мужу, похоже, все наоборот, ничего. Плелся за мной. Его привлекали магазины и пляж, и обязательно пиво, бе… Мог бы тогда дома остаться, зачем сюда ехать. Я удивилась улочкам, где открыто продавали себя как девочки, так и мальчики. Сходили на шоу трансвеститов «Шоу Алказар». Здорово, ярко, необычно. В душе все прыгало, даже самой хотелось вот так же. Интересно, а я могла бы. Здесь была совершенно иная жизнь. Понимаю, все, что я вижу, это для туристов. За стенами, чуть дальше, такие же дома как у нас. Такие же семьи, разочарование и радости, там та же жизнь, что и везде. Но сейчас, тут, я была как принцесса, что попала в джунгли. Все необычно, все интересно, все хочется попробовать, и массаж, и кухню.
На второй неделе мы с Петром познакомились с ребятами из Омска, холостяки, сбежали от жен за азиатскими приключениями. Валера и Игорь не говорили кем работают, ну уж точно не буровиками, они были толстыми, нет, не от жира или живота, а от мускул. Мне казалось, что они бывшие спортсмены или из силовиков. Порой до смешного доходило, мы уходили в город и встречали их там. Мы едем на экскурсию и опять встречаем их там. Иногда они были одни, иногда с девицами, мы их встречали везде: в парке, в ресторане, на дискотеке. И в очередной раз увидев друг друга, махали руками как старые друзья.
