В течение часа по земному времени «Даллас» совершал облёт Альфы вдоль экватора, а потом по двум меридианам. Оцифровка карты завершилась. Изображение планеты в трёхмерной проекции появилось над пультом управления.
— Так, — прокомментировал Конрад, вращая голограмму, — полная смена пейзажа. Боюсь, аборигенам кранты. После такого никто не сумел бы выжить. Растаял ледник на севере площадью около ста пятидесяти двух тысяч квадратных метров, на южном полюсе образовался горный массив, а тот материк, на котором наблюдалась наибольшая плотность населения и самые современные постройки, раздробился на четыре части и сотни мелких островов. Само собой, имели место колоссальные извержения вулканов, землетрясения. Итак, ребята, садимся на наиболее надёжный участок суши, отправляем первый зонд с экстренным сообщением, а затем ждём ответа и поступаем в соответствии с инструкциями. Возможно, делать на Альфе больше нечего. Если здесь нет разумной жизни, Координационному Совету планета вряд ли интересна. Если продолжаются катаклизмы, улетаем немедленно без уведомления Объединения. Вы готовы проверить текущую обстановку?
— Да, сэр! — откликнулась команда.
Корабль плавно пошёл на посадку. Конрад внимательно следил за показаниями датчиков, отображавших на мониторе пульта управления температуру, давление, влажность, степень разреженности воздуха, наличие вредных для человека примесей. Пока аппарат проходил верхние слои атмосферы, графики постоянно зашкаливали, обнаруживая наличие множества опасных для жизни человека газов, чей состав постоянно менялся, но когда отметка высоты достигла 3500 метров, картина внезапно улучшилась.
— Весьма благоприятная атмосфера! — удивлённо воскликнул биолог и географ Энеобе Фишер. — Идеально! — заявил он команде, когда корабль перед окончательной посадкой завис на высоте 1200 метров над поверхностью. — Катаклизмы закончены. Планета восстановилась.
— Полностью, — уточнил Конрад, указывая вниз на нетронутый город, простиравшийся посреди живописного плато.
Отдельные дома располагались на склонах близлежащих холмов.
— Как это возможно?! — вытаращили глаза остальные члены команды.
— Вот именно, — сумрачно подтвердил Конрад. — Я бы тоже спросил: какого лешего тут происходит?
Это был, пожалуй, один из самых густонаселенных пунктов Альфы. Первая экспедиция высказала предположение, что здесь находится столица какого-то государства или мировая столица, если жители созрели до уровня развития землян, чтобы прекратить войны и объединить всех граждан планеты. Подобное подразумевало наличие средств быстрой связи вроде спутниковой, но ничего похожего на орбите обнаружено не было.
— Почему город вместе со всеми прилежащими окрестностями в неизменном виде находится в окружении абсолютно нового ландшафта? Его словно приподняло милостью Божьей в воздух, пока тут, я уверен, всё горело и тряслось, будто в лихорадке. А они даже сохранили храм.
Означенную постройку зафиксировала ещё первая экспедиция. На фоне остальных зданий и жилых домов, она выглядела грандиозно.
На постаменте высотой двести метров и площадью десять тысяч квадратных метров, сложенном из серебристого полупрозрачного камня, возвышалось сложное архитектурное сооружение. Пять башен — наиболее крупная в центре и четыре меньших размеров по бокам — возносились на высоту восьмисот пятидесяти метров. Под одинаковыми углами крайние башни склонялись в сторону центральной, их острые шпили, сделанные из золотистого металла, почти касались пятого, но не соединялись с ним. Снизу и до самой вершины темно-синие стены охватывал спиральный пояс из белых камней, имеющих форму ступеней, но забраться по ним было невозможно. Человек, попытавшийся сделать это, соскользнул бы вниз и разбился насмерть. Центральная башня имела восьмиугольную форму, и в ней, как и в основании храма, от самой земли и до вершины виднелись выбитые ступени из белого камня, сверкавшего и переливавшегося в дневных лучах так, что становилось больно глазам. Ни одна из башен не имела входов, равно как и оконных проемов, но ультразвуковое сканирование, проведенное первой экспедицией, показало наличие внутри каждой из них значительного внутреннего пространства.
Стены храмового комплекса украшали мозаичные узоры, изображавшие диковинных зверей и птиц, сцены поклонения людей неизвестным богам, пейзажи, включавшие виды космоса. А возле центральной башни по бокам от ступеней в половину высоты храма поднимались две фигуры, изваянные из цельного камня: черноволосый темноглазый мужчина в белом одеянии, с красным шаром в левой руке, и светловолосая зеленоглазая женщина в синем платье с золотой вышивкой. Женщина держала в ладонях прозрачный шар.
