— Я мечтаю о свободе для своих соотечественников. Нам, несветящимся, она тоже нужна.
— Согласна, — посерьезнела девушка. — Свобода необходима всем. Брат говорит, надо выбираться отсюда. Кгалле может через несколько лет повторить судьбу Шепси, так как они являются отражениями друг друга и до сих пор связаны на уровне узоров через Завесу.
— Мне не верится!
— А если и правда такое случится? Вам надо обязательно успеть модернизировать узоры для путешествий в открытом космосе.
— Но шепси подобное не нужно, не так ли? Ваша раса уже свободна.
— Конечно, мы и сейчас могли бы улететь, но, к сожалению, пока не владеем нашими новыми способностями. Мы еще не развили узоры до нужного уровня. Даже приблизительно не знаем, что с нами произойдет в чужих мирах. И вас нельзя бросать. Вы помогли нам, а теперь тоже находитесь в опасности.
— С чего бы? — скептически пожал плечами Кьют. — Мы не перегружаем планету энергией. У кгалленов совокупной жизненной силы гораздо меньше, чем у вас.
— Я объясню. Наши две планеты не являются в полном смысле абсолютно разными. Завеса действует как зеркало. Она создает отражение предмета. Кгалле — не отдельный, независимый мир, а лишь вариативное продолжение Шепси. Их судьба может отличаться, но в главном эти планеты всегда будут повторять друг друга.
— Получается, мы тоже теперь отражения, если живем здесь?
— Вроде того, — кивнула Ниита.
— Бред.
— Нет, правда. Шиам объяснил мне подробно, а я верю ему … Шиам талантливый. Он старше меня, много знает и умеет. Он еще раньше рассчитал надвигающуюся на Шепси катастрофу, только он предполагал взрыв планеты из-за искажения узора. Ему не поверили.
— Невидимые вас тоже предупреждали на протяжении двухсот лет, с момента первого освободившегося существа, да вы их не слушали!
— Они просто советовали покинуть планету, когда у населения начали разрываться первичные линии, но не сказали, чем именно грозит нам решение остаться.
— Ладно, ваша взяла! Мог, действительно, случиться и взрыв. В конце концов, что это меняет? Оба варианта — верная смерть. Не надо винить Невидимых, они предупредили об опасности, как умели, — вздохнул Кьют.
— Мы и не виним. Невидимые провели нас сюда сквозь Завесу. Без них мы бы никогда не добрались до Кгалле.
— Значит, твой брат теперь уверяет, будто Кгалле грозит тот же финал?
— Весьма вероятно.
— Как скоро?
— Неизвестно.
— Придется ускорить исследования, иначе мы не успеем.
— Конечно! Ради этого мы и стараемся с Братом! Мы бы хотели вытащить отсюда всех!
— Всех? — если б он сейчас не сдержался и засмеялся, как ему хотелось, девушка мгновенно перестала бы верить ему. Но Кьют вполне владел собой и не только мимикой лица не выдал сарказма, но даже мимолетной мысли о грядущем, почти спланированном предательстве не допустил. — Вы молодцы, — похвалил он Ни-иту. — Вообще-то я занимаюсь исследованиями взаимосвязи линий разного порядка. Может, встретимся на моей территории и обменяемся опытом, если вы не против? У меня неподалеку небольшая лаборатория.
Ни-ита согласилась и пообещала уговорить Шиама. Кьют остался весьма доволен результатами их беседы.
Он благоразумно оставил половину принесенной еды и питья на будущее. Неизвестно, когда теперь в следующий раз его тюремщица расщедрится на столь богатое подношение. Она могла вообще не кормить его и позволить умереть от истощения. Слишком мягкое сердце когда-нибудь ее погубит. Глупая родительская раса! Даже ненавидеть толком не умеют. Мечтают когда-нибудь очистить свет от тьмы. Посвятили этому жизни, совершенствовались, разрабатывали новые ответвления научного знания, и что в итоге?
На определенном витке эволюции их идеальные тела породили несветящихся ублюдков. Кьют мрачно оскалился, наугад ощупывая тонкой, иссохшей рукой магические линии вокруг и убеждаясь в очередной раз: ловушка сплетена идеально, без сучка и задоринки. Чтоб тебя, Ирэн! Ты и правда решила меня здесь сгноить, очень медленно и гуманно, как все, что творит твоя раса. Я буду сидеть под землей, в этой треклятой пещере, пока не умру по естественной причине, а до этого ты с кроткой, всепрощающей улыбкой будешь приносить пищу и ждать благодарности за свое милосердие?
Хочешь назад Шиама? Нет, любимая! Не получишь! Я запер часть его узора в себе и не верну, даже умерев. Не важно, убьешь меня ты или я покину этот мир сам, украденное уйдет со мной. Потому что я теперь знаю способ уничтожать первичные линии.
Я стану дразнить тебя каждый день, но никогда не отдам самое дорогое. Считай, память Шиама о вашей трогательной любви запечатана внутри ненавистного тебе кгаллена навсегда.
Кьют вспоминал, как постепенно завоевывал их доверие, и однажды увидел расслабленное, счастливое выражение на лицах влюбленной пары в его присутствии. Похоже, этим двоим больше не приходилось подавлять отвращение. Ирэн и Шиам стали относиться к нему так, будто Кьют тоже был шепси. Как ни странно, подобное еще больше подогрело его ненависть.
