Хоть Совиный Принц и не являлся человеком, но сердце его билось вполне по-человечески. Я чувствовала его под своей ладонью, прижав руку к треугольным сапфирам, обрамляющим воротник котты. Пурпурно-оранжевая ткань, напоминающая зарево рассвета, источала запах простой и естественный, в отличие от божественного шлейфа вина и осени, который опережал Принца на несколько шагов и оставался в комнате даже когда он уходил. Я успела вдоволь надышаться и тем, и другим, прежде чем Совиный Принц вспомнил о приличиях и отпустил меня, проведя напоследок ладонью по моей макушке:
— А это что такое?.. Ох, знамение дурное! Я же говорил: держись подальше от тумана. Встретишь — немедленно беги от этого дурмана!
— Это случайно получилось, — пробормотала я стыдливо, пригладив рукой красную прядь волос, которую Совиный Принц намотал себе на палец. Та была в два раза шире, чем в нашу с ним последнюю встречу, и все еще напоминала мне о том, как близко подобралась беда.
— Хорош побратимства! — Волчья Госпожа легонько стукнула Принца посохом по хребту, и тот со смешком пошатнулся, перекатившись с пятки на носок и обратно. Пурпурный отрез вадмала с бантом, который служил ему поясом и туго стягивал живот под ребрами, всколыхнулся. — Давай, выкладывай скорее все, за чем звал к себе принцессу.
— Все сердишься, Госпожа, что так любимчика себе и не нашла? — подразнил ее Принц, нагло подтолкнув в ответ плечом, на что та фыркнула и демонстративно отряхнулась, словно он не коснулся ее, а испачкал. — Как же сытный ужин и вино? Уж не навещал меня никто давно! Давай бутылочку откроем, порядок наведем, Стража успокоим и тогда уже к делам насущным перейдем...
— Нет у нас столько времени в запасе, — Госпожа дернула Принца, попытавшегося обойти ее, за локоть. — Случилось нечто, ответственность за что полностью моя... Туман сюда идет, он знает, где Рубин, и наверняка нагрянет в самый неподходящий для того момент. Надо их всех вместе спровадить обратно под Луну скоро...
— Туман идет? — переспросил Совиный Принц, склонив голову в бок и примяв золотые кудри к плечу. — Нестрашно, подождет. Так что, вина? Иль сначала поедим сполна?
И он, вырвавшись, вальяжно двинулся к своему винному стеллажу, где сразу заметил пропажу нескольких бутылок, отчего цокнул языком и покачал головой с укоризной. Его пальцы с аккуратными, коротко стриженными ногтями прошлись по нескольким бутылкам из матового зеленого стекла, будто Совиный Принц выбирал вино наугад, а не по этикеткам и цвету содержимого, как все. В конце концов его рука замерла на изогнутом полукруглом кувшине, напоминающем змею, кусающую себя за хвост, и я увидела темно-гранатовые разводы на его стенках: судя по всему, вино было из переспелых гранатов и очень-очень крепкое.
Неужели он и впрямь собирается просто сидеть и пить?..
— Совиный Принц, господин, — обратилась я к нему сама, не выдержав. — Вы ведь помните, что сказали мне в нашу последнюю встречу? Когда я... умерла. Вы сказали...
— «Я буду ждать тебя на Кристальном пике, у аметистовых садов, где гниет любовь богов среди цветов», — повторил он слово в слово, доказывая, что мне вовсе не причудилось тогда, и я действительно сделала все так, как он велел. — И вот ты здесь! Побед твоих уже не счесть. Хм, пожалуй, это заслуживает особенную смесь...
И Совиный Принц, сунув изогнутый кувшин под мышку, взял другой рукой еще один, глиняный и запечатанный воском, определенно крестьянского изготовления. Вместе с обеими сосудами он прошел до камина и, проверив, пуст ли стоящий рядом чугунный котелок, опорожнил туда обе бутылки, а затем подвесил котелок над огнем. Вино закипело быстрее, чем я успела прийти в себя, и через весь дом потянулся душистый аромат переспелой клубники с гранатом и специями.
— Может, его Медвежий Страж тоже приложить успел, как Кочевника? — услышала я за спиной шепоток Мелихор. Она нервно позвякивала перламутровыми когтями о подоконник, наклонившись с него к стоящему рядом Солу, пока Совиный Принц самозабвенно размешивал горячее вино черпаком и разливал его по кубкам. — Или боги всегда такие? Зачем-то они ведь однажды стали людям помогать... Вряд ли от большого ума. Так что, может...
— Мелихор, помолчи, — шикнул на нее Сол и, вдруг шагнув вперед, громко откашлялся, привлекая всеобщее внимание. Он никогда не умел общаться с высокородными господами, а с божествами и подавно, потому звучал весьма неловко и скомкано, когда попытался вежливо поторопить Принца: — Совиный господин, возможно, вы не поняли, но драгоценная госпожа Рубин проделала весь этот путь не для того, чтобы пить вино, а чтобы узнать способ уничтожить Красный туман окончательно. Вы ведь за этим ее и позвали, чтобы рассказать, или нет?
Совиный Принц промолчал и прошел мимо Соляриса, будто его не заметил. Он нес два кубка в руках — один деревянный, другой железный. Оба дымились, и Принц несколько раз подул на бурлящее вино, прежде чем протянуть один из кубков Тесее, сидящей подле Кочевника с закрытыми глазами, ресницы на которых слиплись от крови.
