– Как тебе сказать? – Джек понимал, что сейчас не время и не место для философских разговоров. Если бы еще Ражеш был рядом… Незаметно для себя Джек превратился в суррогатного родителя, и теперь ему надлежало отвечать на прямые и часто ставившие в тупик вопросы Анны. Она прекрасно знала (на зависть многим родителям), почему небо голубое или почему у людей нет хвоста, но ее тянуло понять ту глубинную сущность жизни, которую мы сами нередко от себя скрываем. От ее предшественников Анну отличало неумеренное любопытство и ненасытная жажда знаний. Трудность была в том, что Джеку предстояло объяснить ей, что значит быть человеком, не заглушив в ней ее стремление знать все на свете. – Как тебе сказать? Есть люди, которые боятся и не любят тех, кто на них не похож.
– Но ведь другие могут быть лучше нас…
– Дело в том, что мы живем в мире, который придумываем для себя, и этот мир всегда вращается вокруг нас самих. Он иногда достаточно реалистичен, иногда – совсем нет, но мы всегда должны быть в центре. Когда действительность противоречит нашим представлениям, мы можем их поменять, но принцип остается. Так ребенок, проигравший в пинг-понг, не признает, что плохо играет, а говорит, что он сегодня не в форме или что солнце светило в глаза.
– Но это же неправда?
– Привыкай, – засмеялся Джек. – Огромная часть того, что люди делают, основана на лжи. В частности, так люди поддерживают свою значимость. Но я не про ложь, я про то, почему
– Поэтому люди такое большое значение придают несущественным различиям.
– Вот. Ты начинаешь понимать.
– Доктор Грир, а я, по вашему мнению, считаю себя важной фигурой в этом мире? – спросила Анна с надеждой.
– Не только ты – я тоже так считаю.
– Внимание! – раздался голос Стоукса. – Противник на лестнице.
Все схватились за оружие.
– Ух ты! – снова вышел в эфир Стоукс. – Это не
Три часа спустя после встречи в метро Кей, Олли и Свен вылетели на частном самолете в Орландо. Оттуда они планировали двинуться на восток, где их ждала конспиративная квартира недалеко от Мерритт-Айленда и Космического центра Кеннеди. Ядерные ракеты для перехвата инопланетного корабля предполагалось запустить с двух площадок: из Центра Кеннеди и с авиабазы Ванденберг в Калифорнии. Олли сказал, что в Калифорнию направлена вторая группа диверсантов.
– Вы против того, чтобы попытаться остановить корабль?
– Я кто угодно, только не самоубийца, – ответил Олли.
– Странно же сидеть сложа руки, когда на тебя нападают, – в Кей говорила репортерская привычка выступать в роли адвоката дьявола. Хотя в данном случае, действительно, было неясно, что делать.
– Это не нападение, – с неожиданной уверенностью ответил он. – Да, последствия могут быть катастрофическими, но я не думаю, что они направляют свои действия конкретно против человечества. Я за последнее время узнал вещи, которые убедили меня, что происходящее не персонифицировано, если так можно сказать.
– Вы говорите о генетических исследованиях доктора Вард?
– Да. Инопланетяне видят в нас результат неудачного эксперимента.
– И это дает им право уничтожить нас? – с вызовом спросила Кей.
– Я прочел в твоем досье, что ты религиозна.
– Мой отец – пастор, но я теперь не все его взгляды разделяю.
– Но ты ведь выросла на этих взглядах, разве нет?
– Естественно, и какое это имеет отношение к…
– Тому, что я говорю? Твой отец без конца толковал Библию – ты хоть раз слышала, чтобы он жаловался на Божий гнев?
– В каком смысле?
– Ну вот потоп, например. Бог решил, что люди нехороши – и всех утопил.
– Они грешили, – начала она, думая возразить, и вдруг поняла, что Олли имел в виду.
– Нас учили, что когда Бог сердится и наказывает нас, то это потому, что мы заслуживаем наказания. Многие верят в это… и обрати внимание: принято считать, что Бог имеет моральное право уничтожить человечество и начать все сначала, если Он недоволен нами. Я выслушал свою долю проповедей: австралийцы так же двинуты на Библии, как вы, янки. И ни разу никто не скандалил, что Господь в гневе истребляет людей. И чего сейчас весь этот сыр-бор? Не то чтобы я торопился на тот свет, но даже при столкновении инопланетян с Землей у человечества остается какой-то шанс. А если эти уроды из
– Звучит как-то слишком прагматично.
– Представь, что кто-то много больше и сильнее, чем ты, собирается дать тебе в морду. Что ты будешь делать? Пнешь его между ног и тем самым разозлишь еще больше или подготовишься к удару и примешь его, как можешь?
Кей смотрела в лицо Олли, отмеченное следами возраста и опыта.
– То есть, куда ни кинь, шансов на выигрыш у нас нет?
