– А я не знаю, каково это. Так что вряд ли меня что-то ранит. Я не была привязана к отцу, не скучала по нему, я его вообще не знала и не помню. Мне просто интересно, почему мама нам с братом о нем не рассказывала? Почему мы не виделись, не встречались? Вряд ли вы были против. Значит, там что-то другое, – выпалила на одном дыхании я.
– Да, вы правы. Простите. Я действительно выросла с любящим меня отцом. И его смерть стала для меня ударом. Я всегда искала человека, похожего на него. Володя оказался именно таким. Так что да, я не могу в полной мере понять ваши чувства.
– Я преподаю литературу в старших классах. И иногда прошу своих учеников рассказать «краткое содержание предыдущих серий». Таким образом понимаю, читали они текст или нет. Можно вы мне тоже расскажете краткое содержание того, что прошло мимо меня? – попросила я.
– Да, конечно, – улыбнулась Марина. – Если кратко, ваша мама знала, что Володя болен. Ему поставили диагноз, когда он еще жил с вами. Врачи давали ему полгода жизни в лучшем случае. И не самых легких полгода. Володе требовался постоянный уход, круглосуточный. Тогда ваша мама с ним развелась. Она не хотела посвящать свою жизнь тяжелобольному человеку. У нее были школа, карьера, ученики, вы, в конце концов. Больной муж в эту жизнь никак не вписывался. Володя принял ее решение и согласился на развод. Уехал в Новосибирск. Снял квартиру тут, в нашем доме. Мы оказались соседями. Я видела, что он плохо себя чувствует. Первое время просто помогала, по-соседски. Он попал в больницу и оставил там мой номер телефона на экстренный случай. Мне звонили врачи, медсестры. Все решили, что я его жена. Я не спорила. Навещала в больнице, забрала домой. Но, как я уже сказала, требовался уход. Поэтому он переехал ко мне. Так было проще, чем мне бегать к нему. Потом наступила ремиссия, и мы оба верили, что победили болезнь. Тогда и расписались. Володя настоял. Говорил, что не хочет, чтобы меня после его смерти называли любовницей. Для него это было принципиально. Несколько месяцев мы жили счастливо, а потом болезнь вернулась. Опухоль оказалась неоперабельной. Поверьте, Володю смотрели все врачи. Я настояла на консультации с Москвой, но и там диагноз подтвердили и заявили, что новая ремиссия невозможна. Я правда сделала все, что могла, все, что было в моих силах.
Теперь уже молчала я.
– Почему он при разводе не переписал квартиру на мою маму и на нас? – спросила я.
– При разводе ваша мама потребовала от него снять все сбережения и отдать ей. Володя согласился. У него остались деньги на съем крошечной однушки, работать он уже не мог. Все эти два года я его содержала, платила за больницы, анализы, консультации. Покупала лекарства. Ничего от него не требовала, боже упаси. Но таким образом он, видимо, хотел меня отблагодарить. Оставить хоть что-то. Ваша мама звонила ему в больницу и требовала переоформить квартиру, но он был слишком слаб. Не мог явиться лично к нотариусу, а писать доверенность на мое имя отказался. А после его смерти я не хотела ввязываться в судебные процессы, мне это было не нужно. Да и вы были маленькими. Володю уже было не вернуть. Зачем мне квартира такой ценой? Знаете, мне кажется, его очень подкосила эта история. Он не думал, что ваша мама так поступит. Не ожидал от нее такого. Он хотел остаться в семье – очень вас любил, много мне о вас рассказывал. Иногда я думаю, что это предательство, возможно, ускорило его смерть, а может, и нет. Сейчас уже не важно. Наверное, ваша мама не хотела вам об этом рассказывать, потому что это не очень красивая история. С другой стороны, она, вероятно, думала о вас, о вашем будущем, поэтому заставила Володю снять все сбережения.
– Вы уверены, что мама знала о болезни отца? – спросила я. Дышать мне становилось все труднее.
– Да, это точно. Она подала на развод сразу после того, как узнала о диагнозе и прогнозе врачей. Но ваш отец продержался дольше. Может, если бы вы, его дети, были рядом, у него появился бы смысл пожить еще немного. – Марина заплакала.
– Вы были не против его встреч с нами? – уточнила я.
– Конечно, нет. Наоборот! Я звонила и просила привезти вас. Для Володи бы это стало огромной поддержкой. Но мне так и не удалось убедить вашу маму, – ответила Марина.
– Она даже не сказала нам, что отец давно умер, – призналась я. – Я узнала об этом от брата. Игорь к вам приезжал, вы ему рассказали.
– Какой ужас, я не знала. – Марина не могла сдержать слез. – Это несправедливо. По отношению к вам. Вы столько лет жили в неведении.
