– Марина… – медленно, с трудом выговорила Женя. – Ты… Ты не сердись на меня. Я… Я говорила Валерьяну, что… С порядочными девушками так не поступают, а он… Он меня высмеял… Сказал, что я ничего не понимаю. Они все тут все время говорят, что я ничего не понимаю! – Последнюю фразу Женя выкрикнула сквозь опять набежавшие слезы. – Всю жизнь! – выталкивала она сквозь рыдания. – Всю жизнь! Всегда все говорят! Что я ничего не понимаю! Что я зря не верю! Что я дурочка! А потом, потом всегда оказывается, что я была права и что я теперь поэтому во всем виновата! Неправда! Я! Я все понимаю! А вы – вы ничего не понимаете и к тому же все всё время врете! – Зубы у Жени стучали, всю ее скрючивало от рыданий, а когда Алена протянула ей стакан воды, Женя его оттолкнула, и вся вода выплеснулась Алене в лицо.
– Так, – самому себе одними губами скомандовал Денис. Марина угадала это по его губам. Скомандовав, он сделал шаг вперед и сильно, наотмашь ударил Женю по щеке. На ее полупрозрачной коже сразу отпечатались все его пальцы. Женя немедленно смолкла, сглотнула и, тяжело переведя дыхание, почти спокойно сказала:
– Марина, скажи честно, ты очень на меня сердишься?
– Я на тебя вообще не сержусь! – затараторила Марина. – Что только тебе в голову взбрело? На что мне сердиться?
– Ну за то, что я… За то, что мы с Валькой…
– Да что за бред? Какое мне до этого дело? Я даже не понимаю, о чем ты!
Логики в словах Марины не было никакой, но Женьке это, кажется, было вовсе не важно.
– А я… Я подумала… Марина, но ты не уедешь больше?
– Что ты, конечно, нет!
– Хорошо. – Женя закрыла глаза, откинулась на подушку, полежала минутку, а потом снова подняла голову и уже совсем другим голосом спросила:
– Марина, ты что-нибудь ела сегодня? Ты, наверное, ужасно голодная.
– О! Еще бы! – вырвалось у Марины, хотя она тут же об этом пожалела.
– Ребята, ну что же вы? Человек же голодный! Алена, там уха от обеда осталась и минтай жареный в миске в холодильнике. Алена, ты покормишь Марину? Ты найдешь?
– Да, конечно, конечно, не беспокойся.
– Тогда хорошо. А я… Я посплю, ладно? Я что-то ужасно устала. Вы идите, ребята, ладно?
Казалось, она уже не помнит сейчас ни своей истерики, ни причины, ее вызвавшей.
Денис махнул рукой, и все они один за другим потянулись к двери. Сам Денис выходил последним. Закрывая дверь, он остановился и озабоченно сказал Валерьяну:
– Слушай, сейчас, конечно, можно идти, но часа так через пол кто-то из нас должен сюда вернуться. Не годится ей одной до утра оставаться.
– Об чем разговор?
Валерьян выглядел усталым и озабоченным, почти как в Москве. На Марину он даже не посмотрел.
– Так я на тебя надеюсь, – настойчиво повторил Денис. – В конце концов, ты же заварил всю эту кашу!
– А что я такого сделал?! – совершенно по-мальчишески вскинулся Валерьян.
– Сам знаешь что! – вполне в тон ему ответил Денис. – А будешь много выступать…
– Ну и что? И что будет? – Валерьян, похоже, завелся всерьез. Марина смотрела на них с нескрываемым интересом. Она даже как-то забыла, что ее доля вины тут тоже есть. И немалая притом.
– Мальчики! – колокольчиком прозвенел голос Алены. – Вы что, с ума сошли?
Оба покосились на нее и как-то сразу сникли.
– Дети же спят! – устало сказала Алена. – Пошли, Марина! Ты ведь, наверное, в самом деле жутко есть хочешь!
– Может, я сама как-нибудь? – нерешительно проговорила Марина. – Аленка, ты ведь на ногах не стоишь!
– В самом деле, Аленький, иди спать, – с глубокой, в самое сердце резанувшей Марину нежностью сказал Денис. – Мы тут с Мариной сами разберемся.
– Да? – нерешительно протянула Алена. – Ну хорошо. А то я в самом деле чего-то устала.
Они спустились вниз и свернули было на кухню, но тут Марине пришло в голову, что, прежде чем есть, не худо было бы вымыться, о чем она не без некоторого смущения сказала Денису.
– Ну что ж, – он окинул ее с ног до головы придирчивым взглядом, – нельзя сказать, что ты совсем не права. Слушай, а давай-ка я сам тебя вымою.
Видно было, что эта мысль пришла ему в голову неожиданно, прямо сейчас. Он прям-таки весь загорелся этой идеей.
– Ну, – закончил он, – ну, пойдем в ванную, хорошо? Ну, не бойся меня, пожалуйста.
Он просил, и это так было на него не похоже, что Марина как-то легко и неожиданно для себя согласилась.
Они пришли в ванную, и Марина залезла под душ, а Денис взял мочалку и мыло и без дураков принялся тереть Марине спину и живот. Постепенно остатки Марининого смущения куда-то исчезли, и все стало казаться ей совершенно естественным.
– А у тебя животик растет, – прошептал Денис ей на ухо.
– В самом деле? С чего бы это?
И оба они захихикали. На самом деле никакого животика у Марины, конечно, еще не было – откуда, в три-то месяца?
– Наклони голову, – скомандовал Денис, выливая ей на макушку какой-то шампунь. Марина послушно наклонилась, закрыла глаза, и вдруг точно ее что кольнуло.
– Послушай! – завопила Марина, хотя, едва она приоткрыла рот, в него сразу же попало мыло. – Ты там меня, часом, не перекрашиваешь?
