– Нужно как-то жить, – оправдывалась Настя. – Дома нет у нас, за эту комнату нужно платить. Скажите спасибо, маменька, что не тяжёлую работу предлагают.
Насте повезло. Ей выделили небольшой кабинет. Нужно было сводить списки изъятого имущества в один журнал.
Писала Настя красиво. Выводила каждую букву пером. Её хвалили.
Бывало, заставляли переписывать целые журналы, заполненные кем-то ранее.
Незаметно пролетели два года. Настя ходила на работу с радостью. Потом ей предложили пройти ветеринарные курсы. Согласилась.
Марфа Игнатьевна обучение не поддержала.
– Всю жизнь будешь теперь коровам хвосты крутить! – ругала она Настю.
Летом 1923 года Настя прошла ветеринарную практику в одном из колхозов и вернулась в город. Мать отказалась ехать с дочкой по месту распределения.
Настя опять стала обрабатывать списки.
В начале сентября ночью в комнатку, где жили Настя и Марфа, ворвались трое мужчин. Они связали Настю и забрали с собой.
Всё случилось быстро. Марфа даже не успела закричать и позвать на помощь.
Она побежала на Настину работу, но там разводили руками, мол, неизвестно ничего.
Потом было следствие. Настю обвиняли в сговоре с её работодателем. Он присвоил себе конфискованные у зажиточных вещи, а Настя якобы не внесла украденное в журнал.
Потом с девушки вину сняли. Списки нашли дома у вора.
Перед освобождением к Насте в камеру зашёл один из тех, кто её похищал.
Положил руки на плечи, сжал сильно.
Она смотрела на него, но не вскрикнула.
– Что, не больно? – пробормотал тот.
– Больно, – ответила Анастасия. – Можно, я пойду?
– Куда?
– Домой.
– Сначала ты покажешь себя. Когда ночью тащил тебя из кровати, больно манящими показались твои ноги, – мужчина присвистнул.
Смотрел на Настю пристально.
Она покраснела.
– Чего ты краснеешь? Небось уже не первый раз.
– Первый…
Мужчина хихикнул, потом вернулся к двери, запер камеру.
Настя только собралась закричать, но он тут же настиг её и закрыл рот ладонью. Она стала мычать и вырываться.
Силы для сопротивления куда-то делись. Настя обмякла.
Руки мужика были шершавыми. Насте казалось, что он снимает с неё кожу.
Как она вышла на улицу, уже не помнила.
Подходя к дому, увидела сидящую неподалёку на лавочке Марфу Игнатьевну.
Она вся тряслась от холода и сильно кашляла.
– Вы чего здесь, маменька? – спросила Настя.
– Выгнали нас, платить нечем.
– Как это нечем? – возмутилась Настя. – Украшения, посуду можно продать.
– Помру, но не продам, – ответила Марфа. – Если продам, то связь потеряю с миром, в котором мы жили. Не поверит никто, что было у нас всё. И я сама в это не поверю. Это приданное твоё как-никак.
Настя плохо соображала. Выбежал из дома усатый хозяин.
Сказал Насте, что если через месяц денег не будет, то квартиру заселит другими.
– А пока вон напротив в доме Долгова есть кровати в подъезде. Там можно переночевать.
Настя под руку повела Марфу к тому подъезду. Расположились под лестницей на старых кроватях.
Первое время ходила на рынок просить милостыню. Марфа Игнатьевна так разболелась, что даже не могла двигаться.
На милостыню Настя покупала сухари, приносила мачехе. Та вскоре и сухари не могла жевать. Кашляла и горела от высокой температуры.
Дом Долгова не был заселён. Двери квартир крест-накрест были забиты досками.
Настя оторвала их от одной двери. Зашла внутрь. Квартира была благоустроена. На кровати лежало белое покрывало. Стол застелен красивой скатертью.
На полу в два ряда лежали маленькие тканые коврики.
Настя перетащила на кровать Марфу Игнатьевну, накрыла белым покрывалом.
Жили в той квартире неделю. Когда Настя узнала, что беременна, попрощалась с Марфой перед сном и пошла на улицу.
Был холодный ноябрь. Ветер всё сметал на своём пути, рьяно подгонял тонконогую худенькую девушку в летнем платье. Она как осенний лист трепыхалась на ветру, стараясь не упасть. Настя не знала, куда шла. Просто, гонимая ветром, не сопротивлялась ничему.
Она даже не могла представить, как сказать Марфе Игнатьевне о беременности.
На одной из улиц остановилась. Стало так холодно, что ноги словно вросли в землю.
Так и стояла на ветру.
– Эй, ты чего тут стоишь? – услышала Настя мужской голос.
Даже не подумала, что это обращаются к ней.
Когда до её плеча дотронулся кто-то, она ринулась вперёд и упала.
– Дурная, что ли? Замёрзнешь!
Мужчина быстро снял с себя тулуп, начал надевать его на замёрзшую девушку.
– Куда идти? – спросил он.
Настя показала рукой. Он всю дорогу ругал Настю за безумство.
Когда привёл её домой, Марфа Игнатьевна уже не дышала.
Незнакомец, оставив Настю с ней, побежал за доктором.
Марфу Игнатьевну увезли в больницу, а Настю мужчина забрал с собой.
Когда Настя согрелась, представился:
– Афанасий Макаров, ваш спаситель и просто добрый человек. А помните званый ужин?
Настя улыбнулась.
От этой улыбки у Афанасия мурашки побежали по телу.
– А не хочешь ли ты, Настенька, стать моей женой?
Настя и не знала, что ответить. Сказала вдруг:
– Ну разве только из благодарности. Но…
Она заплакала. Рассказала о случившемся.
