Тамара смотрела на орущего ребёнка и не знала, что ей делать. Из полуоткрытого окна тянуло холодом. Она стала замерзать. Уж как она ни прыгала, как ни качала малыша, ничего не помогало.
– Инга! – стала кричать Тамара. – Инга!
Она выглянула в окно, потом вышла на улицу.
За домом стояли два покосившихся туалета.
Тамара направилась к ним. Одна дверь поддалась легко, вторая была закрыта.
Девочка стала дёргать за ручку и кричать:
– Инга, Инга, выходи!
Кричала во всё горло.
Дверь туалета открылась. Оттуда вышел мужчина.
Он набросился на Тамару с кулаками и стал возмущаться:
– Ты чего ломишься? Недержание, что ли? Так рядом свободно. Дурная какая-то. И дитя орёт. Иди домой.
– А Инга где? – прошептала Тамара.
Она была настолько испугана, что дрожали руки. Несколько раз даже чуть не уронила малыша.
– Я Ингу ищу, – Тамара всхлипывала.
– Ну так ищи, я тут при чём? Я твою Ингу не видел.
– Она в туалет вышла, оставила на меня ребёнка, – жаловалась девочка.
– Ну вот иди домой и жди! – зло произнёс мужчина и стал отдаляться, недовольно бормоча себе под нос.
Тома вернулась в комнату.
Осознание того, что Инга бросила её, не пришло.
Тамара плакала навзрыд.
Малыш уже не кричал, а хрипел. Его маленькое тельце то и дело вздрагивало.
– Гуля, как ты могла поступить так опрометчиво? – возмущался Савелий. – Нас осталось не так много. Мы горой должны стоять друг за друга. А ты вот так плюнула на всех и ушла. Тамара – маленькая девочка. Ты не знаешь, почему она не хочет идти домой. Может, там её бьют или жизнь невыносима. Ты же могла припугнуть её или сказать, что я буду зол, но просто ушла.
Гуля сидела, надув губы.
Рядом с ней расположился поп и заступался за неё:
– Тамара такая ушлая, что дорогу найдёт домой. Тут нянек нет, Савелий. Захотелось ей взрослой жизни, пусть хлебает. Мы её не выгоняли. Она, может, специально за Гулей не пошла, чтобы место другое для жизни найти, или домой отправилась.
– Нет тут нянек, – согласился Савелий. – Но тут есть братья и сёстры, которые помогут в любую минуту. А у нас что-то происходит последнее время. Очерствели вы, братцы…
– Прости меня, Савва, – прошептала Гуля. – Если хочешь, я могу уйти из подземелья.
Савелий усмехнулся:
– А ты сама этого хочешь?
– Нет, – ответила девушка еле слышно.
– Ну вот тогда и помалкивай. Никогда не говори о том, к чему не готова. Лучше скажи тысячу раз «нет», чем согласись на то, что не по душе. Ты мне как сестра, и уж тебя я точно никуда не отпущу.
Савелий подошёл к Гуле, присел рядом и обнял её.
Как Гулино сердце колотилось от этих объятий!
Юноша чувствовал это и думал про себя: «Бедная моя девочка! Любишь, а я нет… И ничего не могу с собой поделать и заставить не могу».
– Мир, – предложил Савелий и протянул Гуле руку.
Она вложила свою маленькую ладошку в широкую и сильную ладонь Савелия, улыбнулась и ответила:
– Мир!
– Давайте теперь думать, как искать Тамару, – предложил раввин.
– Сама придёт, – ответил Савелий. – А если не придёт, то так тому и быть.
Тамара медленно шла по ночной улице. Ребёнок спал.
Вот уже стекольный завод, вот гаражи. Всматривалась в двери гаражей, искала метки Савелия. Помнила о треугольнике. И обижалась до сих пор на то, что её никто не предупредил. Рядом с подземельем заметила группу подростков. Спряталась за гараж. Очень хорошо было слышно, о чём общаются незнакомцы.
– Ты ищи трубу, заткнём её поглубже. Они там все к утру того…
– Мизгирь не велел ничего делать. Сказал, что нужно просто следить.
– Да что там твой Мизгирь понимает? Устроил какое-то кино. Задохнутся там, и проблемы не будет. Завтра на пустыре схороним их.
– Ага, схоронишь ты. Землю долбить ты будешь?
– Землю пусть Мизгирь долбит. Мы для него стараемся. Это ему нужен подвал, а не нам.
«Боже мой, – думала Тамара. – Как же предупредить ребят?»
Но тут заплакал ребёнок, да так громко, что подростки побежали по дорожке в сторону стекольного завода.
Тамара дождалась, пока не будет слышно голосов, и метнулась к подземелью. Спустилась вниз и стала тарабанить в дверь.
Открыл Абрам. Он уставился на Тамару. Она, затыкая рот плачущему ребёнку, протараторила:
– Трубу печную заткнули тряпками. Видела, как пихали туда что-то. Помрём все.
В подземелье ещё не ощущался запах дыма.
Савелий выскочил на улицу, чуть не сбив Тамару с ног.
За ним выбежали Колька и Абрам.
Тамара присела на кровать. К ней подошла Гуля. Смотрела на неё пытливо.
Девочке казалось, что никто не замечает малыша. И Гуля не замечала как будто.
– Ты выставила меня перед Савелием дурой, Тамара! Очень плохо, что слово старших для тебя не закон.
Тамара усмехнулась и произнесла:
– А я сама в состоянии дойти. Вот пришла же.
– Чей ребёнок? – равнодушно спросила Гуля.
– Не твоё дело, – пробурчала Тамара. – Ты лучше придумай, как его покормить.
– Ещё чего, – возмутилась Гуля. – Не моё это дело.
– Так он орёт.
– Так отнеси его матери.
Тамара встала и постучала по лбу Гули указательным пальцем.
– Умерла его мать.
Гуля охнула.
