– In Lilit te čaka! (И Лилит ждет тебя!) – ловким движением свободные руки гиганта снимают с плеч серебристого змея, и тот изящной лентой переливается по бугристым ладоням прямо перед глазами Драгана. На секунду их взгляды пересекаются: льдистые прозрачные глаза вампира тонут в притягательной синеве по-человечески красивых глаз серебристого существа.
– Bi rad preskusil? – Kaj, če je to resničen občutek? – Ali misliš, da je samo padla pod tvoj urok? – Tako kot vsaka ženska? (Не хочешь проверить? – А вдруг это настоящее чувство? – Или, думаешь, она просто попала под твои чары? – Как и всякая женщина?)
Сияющая бестия не отводит гипнотического взгляда. Драган не выдерживает и первым опускает глаза. Призрачные головы чудовища заразительно хохочут, а змей взбегает обратно на плечи своего хозяина и под его хохот подхватывает очередную голову, смачно разгрызая её острыми, как клинки, зубами.
Драган, по-видимому, восстановив самообладание, снова заговаривает ровным тоном:
– Prišel bom. Človek, ki me je prvič pripeljal k tebi, je že dolgo mrtev. Zato nisem prišel prej. (Я приду. Человек, который привёл меня к тебе в первый раз, давно уже мёртв. Поэтому я не приходил.)
– Da – da – da! (Да – да – да!) – подхватывают головы, – Tisti gospod, ki je prosil za kamen – za kamen modrosti – za kamen filozofov. (Тот господин, что просил камень – философский – философский камень.)
И тут одна из голов нарочито округляет глаза:
– Si pozabil besede? (Ты забыл слова?) – другая с плутовским выражением подсказывает: – «Gallia est omnis divisa in partes tres». (Латинский: «Вся Галлия делится на три части».)
Разгорается спор:
– Hej, prenehaj! Neumna šala! – Ničesar ni pozabil, le dojenčka noče pripeljati. – Ampak raje na to opomnim. – «Terra patrum in tenebris latens...» (Перестань! Глупая шутка! – Ничего он не забыл, просто не хочет приносить младенца. – Но лучше напомнить. – Латинский: «Земля отцов, сокрытая во тьме...»)
Драган решительно прерывает трехголового монстра:
– Ni treba. Sedaj vem, da obstaja še druga pot. (Не надо! Теперь я знаю, что есть другой проход.)
Головы снова приходят к согласию:
– Da, obstaja. – Ta prehod je odprl tvoj dedek – stari Nevar – stari knez. (Да, есть. – Этот проход открыл твой дед – старый Невар – старый князь.)
– Pogrešam ga. (Я скучаю по нему.)
– Lahko se pogovoriš z njim, (Можешь поговорить с ним.) – и великан как будто бы наугад зачерпывает из черноты.
На плечи Драгана насаживают мёртвую голову, и та начинает дико, судорожно вращаться. Тело вампира охватывает чудовищная дрожь. Судороги сотрясают его, искажая очертания фигуры, рвут и размазывают его образ по тёмному ветру. И в конце концов он обращается в князя Невара. В старого раненого князя, который под покровом ночи неверной походкой поднимается на смотровую площадку.
***
В торжественной тишине рядом с князем степенно шествует древний старик. Его богатое одеяние говорит о высоком положении. Князь почтительно пропускает старика вперед. Княжеская свита факелами освещает путь к подъёмнику. Лебёдка отодвинута, крышка люка откинута. В каменный колодец сходят только двое – князь и старик – свет их факелов тает в непроглядной глубине.
Князь и старик опускаются на тёмное земляное дно и в полной тишине разжигают костер. Старик сыплет в разгоревшееся пламя какие-то травы и порошки, и в поплывшем тумане начинает беззвучно шевелить губами, прикрыв свои воспаленные, слезящиеся глаза. И вот тишина начинает наполняться шорохами и вздохами. Старик кивает князю, и тот, расправив плечи, как будто бы возвращает себе силу и стать молодого воина. Набрав полную грудь воздуха, он выкрикивает в темноту: «Отьчє! Ѥсмь сътворилъ ѹговоръ – мои съıнъ ѥстъ ѹмрълъ!» (Отец! Я выполнил условие – мой сын мёртв!)
И сейчас же из загробной тени выступает ослепительно серебрящийся силуэт – чешуйчатый змей с бездонными синими глазами. Он проносится стрелой мимо князя, но тот успевает вцепиться в его оперенный гребнем загривок. Змей летит прямо в пламя костра, которое разрослось в широкую огненную реку. Но алые языки послушно расступаются перед летящими, и змей со своим седоком, нетронутые, взмывают вверх.
В чёрной вышине бешено вьется серебристая лента, а огненные блики, тянутся к ней, но, не коснувшись, бессильно опадают. И кажется этот дикий танец огня и серебра длится целую вечность. И вот наконец, как будто бы смертельно устав, змей камнем летит вниз, но князь по-прежнему крепко держится за серебристый гребень. Змей врезается в землю, рассыпается фонтаном слепящих брызг, вспышкой живого белого света, и рядом с костром остается лишь князь.
Старик, пришедший в подземелье вместе с князем, исчез, на его месте в черноте повисает гигантская призрачная голова: «Спълнимъ твоѥ прошєниѥ – врагъ твои погъıблєтъ. Сѣмѩ того исъшєтъ, ѩзыкъ съгъıнєтъ». (Мы исполним твое желание – твой враг будет повержен, семя его высохнет, язык сгинет.)
