Отойдя от края ущелья, я побродил вокруг, пока не нашел искомое. Смахнув шапку снега с бледно-зеленого кустика, росшего на скалах, я вывел несколько заклинаний и беззвучно выдохнул драконье слово. Кустик окутало золотистым светом и теплом. Я набрал в руку пригоршню снега, растопив который, пролил на растеньице талой воды. На кустике подчиняясь магии времени возникли бутоны, которые еще через миг раскрылись. Я сорвал цветки, снова вернулся к краю обрыву и, неслышно соскользнув вниз по снежному склону, незаметно нагнал их.
— У вас случайно еще чая не осталось, Маделиф? — спросил я.
Волшебница вскрикнула от неожиданности, а все маги, остановившись развернулись ко мне.
— Эгихард! — возмущенно выкрикнул Дагоберт. — Вы ведь сбежали!
— Я? Вовсе нет. Я же сказал, что мне нужно было отлучиться, — я как ни в чем ни бывало улыбнулся, а потом протянул Маделиф эдельвейсы. — Вот попалось, подумал, что вам понравятся.
— Но откуда? — изумилась волшебница. — Сейчас же январь!
Она присела рядом со мной, чтобы наши лица оказались на одном уровне, изучая меня взяла крошечный букетик. Я молча смотрел на нее, а потом увидел в ее глазах отражение лукавых искорок и поцеловал в щеку.
— Ого, будьте осторожны, госпожа Халевейн, у вас завелся весьма опасный поклонник, — заметил Орель, мрачно улыбнувшись.
— Спасибо, Эгихард, — сказала Маделиф, поднявшись. — А вот чая у меня, к сожалению, не осталось.
— У меня есть, — Карлфрид протянул мне термос. — Можете оставить себе.
— Спасибо, — я развинтил крышку, сделал пару глотков кипятка и встретился с недобрым взглядом отца.
— Что ты задумал, Харди? — произнес он.
— Ничего.
— Нет, я же тебя знаю, — Теодерих пристально смотрел на меня. — Захотел избавиться от нас всех?
— Не понимаю, о чем ты, — я глотнул из термоса, так же не сводя с него взгляда.
Теодерих посмотрел на магов, словно решаясь.
— Не верьте Эгихарду, — произнес отец. — Как я уже говорил он дракон с весьма подпорченной кровью. У него плохо с эмпатией и всё, что вы только что наблюдали — ложь и притворство.
Я нахмурился, глядя на отца.
— Мы уже заметили, как вы «любите» сына, — произнес Дагоберт. — Не утруждайте себя убеждать нас в этом снова.
— Нет-нет-нет. Не дайте ввести себя в заблуждение, считая что перед вами беззащитный ребенок, ставший жертвой родителя, — Теодерих снова хищно усмехнулся. — Я-то понял, что он задумал. Решил, что договоришься без меня, чёртов змееныш? У тебя ничего не выйдет, когда они поймут, насколько ты опасен. Так что если ты еще рассчитываешь на свободу, можешь о ней забыть! Тебя упекут в самое глубокое подземелье одной из магических Гильдий!
— Теодерих, прекратите, — сказал Орель. — С каждым вашим словом это ваши шансы договориться всё меньше.
— Я только начал. Думаю, вы должны знать еще пару важных вещей о Харди, кроме тех, о которых я вам уже говорил. Его клятвы ничего не стоят, потому что когда он их дает, он делает так, — Теодерих показал скрещенные пальцы. — Так что клятвы не причинять вам вред не существует. А еще у него ядовитая кровь и если хоть одна капля попадет на вас — вы умрете.
Я стоял, смотря на отца и прекрасно понимая, зачем он всё это сказал. Теодерих явно считал, что выдав всё обо мне, тем самым меня спровоцирует и подтолкнет к убийству его врагов.
— По-моему, это вы уже сами заврались, Теодерих, — сказала Маделиф. — Дай руку, Эгихард, и одолжи капельку крови. Карлфрид, поможете развеять враньё?
Она протянула ко мне руку, а второй фризский маг достал походный нож. Осознавая, насколько они уже готовы верить мне и не верить моему отцу, я отшатнулся, вместе с тем понимая, что разрушаю этим только начавшее возникать доверие.
— Эгихард? — Маделиф с непониманием смотрела на меня, а я продолжил пятиться.
— Эгихард! Это правда⁈ — вмешался Дагоберт. — Проклятье, не дайте ему снова сбежать!
Маги начали выводить заклинания. Я пару мгновений помедлил, прочитывая символы и понимая какой магией они хотят меня остановить, а потом так же легко взбежал по почти отвесному склону, застыл на краю обрыву.
— Зря вы это сделали, — произнес я. — Мы ведь действительно могли бы договориться. Но теперь у меня не остается выбора.
Я указал им в противоположную сторону. Взгляды магов метнулись туда, отвлекшись от завершения заклинаний, обнаружили заснеженный склон, нависающий над ущельем горы.
— Ты ведь дал клятву! — крикнул Орель.
— Нет, не давал, — я показал скрещенные пальцы. — Но я не хотел вас убивать. Однако и отнять свободу никому не позволю.
Я выдохнул пять слов на драконьем. Магов швырнуло на землю, с соседнего склона сорвалась лавина, помчалась вниз. Маги спешно выводили заклинания, но ни одно из них не сработало и не остановило несущуюся массу снега.
— Бежим! — крикнул кто-то из магов. — Там дальше есть вымоина в скале, должна нас спасти.
