— Эпплджек, мы уже столько не виделись! Ты же обещала! — сказала Рейнбоу Дэш с раздражением.
— Знаю, знаю, но это тоже важно. Мой брат ушёл в армию, и, раз уж он собрался сражаться, я хочу, чтобы его защищало что-то кроме его толстого черепа!
— Ух-х… ну ладно. Тогда ты и я, Твайлайт?! — задорно сказала Рейнбоу, но затем нахмурилась, глядя на пурпурную кобылу. — Э-э… Твайлайт? Э-э-эй! Приём!
— О… э-э-э… вообще-то, я не могу. У меня… ммм… встреча, — ответила она.
Рейнбоу Дэш со стоном опустила голову и пробормотала:
— Худший день в моей жизни…
Моя носительница свернула в боковой коридор и поднялась по лестнице в помещение, окна которого выходили на демонстрационный зал. Оттуда было видно, как мистер Хорс с несколькими ассистентками собирали мехаспрайтов в корзины. Затем она сняла седельную сумку и достала оттуда небольшое магическое устройство.
— Сработало, — тихо сказала она, передавая его в открытую дверь. Появившееся из проёма копыто приняло устройство и скрылось с ним в темноте.
Мгновение спустя, к её ногам со звяканьем шлёпнулся увесистый мешочек с монетами.
— Благодарю.
Моя носительница зарылась копытами в золото и радостно расхохоталась.
— Я могу сделать больше. У меня есть доступ. Я могла бы пустить все его разработки под откос, — сказала она, пряча мешочек в своей седельной сумке.
— В этом нет необходимости, — тихо произнесла невидимая собеседница. — Нам нужно только дискредитировать его исследования, а не сорвать их.
Моя носительница нахмурилась, глядя на потрескавшуюся дверь.
— Возможно, вы захотите заплатить, чтобы я была наготове, на случай, если вам понадобится что-то ещё?
Повисла напряженная пауза.
— А если нет?
Моя хозяйка ухмыльнулась:
— Тогда я могу стать разговорчивее…
— Понимаю.
Тут я почувствовала, как что-то легонько коснулось её уха. Она поглядела вверх и увидела пистолет с глушителем возле своей головы.
— Мы бы предпочли, чтобы мистер Хорс потерял время из-за сегодняшнего инцидента, но убийство или самоубийство его сотрудника нас тоже устроит, мисс Фэйрхуф. К тому же, это дешевле.
Дрожь пробрала мою хозяйку вплоть до самой утробы.
— П-п… прошу вас…
— Не играйте с нами, и мы не будем играть с вами, мисс Фэйрхуф. Поверьте, наши игры вам не понравятся, — усмехнулась невидимая кобыла, когда пистолет скрылся за дверью. — От них умирают.
Я всё ещё дрожала, когда вышла из воспоминания. Первым делом я осмотрелась в поисках полосатых ниндзя-убийц или агентов Анклава; чёрт, как же странно просыпаться не боясь, что Деус уже насилует меня. Прочь, жуткие мысли, прочь! Я, наконец, встала и энергично встряхнулась.
— Всё в порядке? Никто не умер?
— Нет, но кое-кто должен был, — П-21 хмуро уставился на терминал. — Двенадцатизначный пароль… чтобы спрятать какие-то грязные записки, которые одна из менеджеров посылала секретарю в штабе Робронко. Похоже, они собирались встретиться у неё в офисе, — сказал он со смешком. — Тут был её пароль и прочее. Секс всегда был таким запутанным пока не упали бомбы?
— Наверное, — ответила я и подняла шар. — Где ты нашел его?
П-21 фыркнул и закатил глаза.
— Он был приклеен к задней стенке выдвижного ящика. Видимо, кто-то очень не хотел, чтобы нашли.
— Её звали Фэйрхуф? — спросила я. Он нахмурился в замешательстве. — Менеджера.
— Нет, её звали Мерри Пенни. А что?
Но я уже увидела ответ на свой вопрос.
На стене за его спиной висела старая газетная вырезка. «Менеджер по розничной торговле Робронко убита вышедшим из-под контроля роботом.» Остаток статьи уже невозможно было прочесть, но мне удалось разглядеть, что менеджер была единорогом.
Пони, саботирующие работу других? Взятки? Убийства? Что за чертовщина творится в этом городе? В Хуффе много тайн. Он как целая страна внутри другой. И почему моя грива всегда начинает зудеть от этой мысли?
Первой ушла я. Наши сумки были набиты под завязку собранным добром. И я была уверена, что, когда мы продадим всё это, мне хватит крышек на расшифровку EC-1101. Увы, суровый взгляд Рампейдж слегка остудил мой пыл. Один взгляд её розовых глаз, пока она медленно жевала минталку, ясно дал понять, что жалость может быть опасной для здоровья. П-21 и Глори переглянулись, но ничего не сказали. Я же усмехнулась про себя при мысли о том, что мы самая никчемная банда на всей Пустоши.
Наверное.
— И всё-таки, зачем нам доставлять двухсотлетнее письмо? — спросила Глори, когда мы тащились по затопленной улице.
Я пошла во главе, хлюпая по липкой, холодной грязи. Винтовка медленно поворачивалась от одной красной метки к другой, которых в развалинах было полным-полно. В основном блотспрайты, на которых не стоило тратить винтовочные патроны. Я уложила их из карабина: у меня всё равно уже заканчивались патроны к нему, и снова припала к прицелу.
Впереди показались ещё двое; после перезарядки и пяти выстрелов, карабин издал глухой щелчок, а на улице впереди не осталось ни одного блотспрайта.
