Пиромаг в тот год едва не покинул семью вовсе, часто уезжал или попросту не ночевал в замке. Выяснилось, что у него в лесах Гладшира завелась любовница, юная ведьма-отшельница, похоже беглая с соседних земель сирота, обустроившаяся в чаще и проповедующая друидизм. Фабиос уверял, что она просто травница и целительница, что спасла его во время путешествия, залечив физические и душевные раны. Что без неё он бы попросту не вернулся в семью. А затем выяснилось, что лесная ведьма тоже родила от Фабиоса девочку.
Если б не воспитание Иолая, отношения супругов в тот год окончательно бы растрескались, ещё и Диана Виалант, мать Гвен, умерла при так и невыясненных обстоятельствах. Были подозрения, что её отравили, однако даже алхимики не смогли потом в свернувшейся крови что-то обнаружить. Ролан с горя почти спился, уехал на старости лет в особняк у виноградников, принимая у себя изредка только внука и внучку, не общаясь с остальными и, кажется, подозревая именно участие Гвен в гибели своей супруги.
Супруг обещал Гвендалин забыть лесную волшебницу, та наоборот желала её видеть, иногда приглашая в замок вместе с ребёнком. Думала, может, отдать ей и Дорси на воспитание, потому как, как воспитывать нежеланную дочь и куда её девать они не знали, к тому же вообще не собирались заводить второго ребёнка.
Семья Виалант, впрочем, была не из тех, кто отсылает детей в монастыри и прочие далекие учреждения без их желания, за исключением случая с Ферро перед скороспешной помолвкой. Дорси магическими силами одарена особо не была, так что и к магам на обучение её было не уговорить поехать. Но девочку оставили расти в родном Шекстинском замке, надеясь попросту выгодно однажды выдать замуж. Зато со временем за внимание красотки Дорси буквально бились и соперничали между собой Лоренцо Мейбери, братья-близнецы Аркхарт и сам принц Вельдемар Дайнер.
К слову, Корнелиус, постаревший, но по прежнему добрый и услужливый, продолжал нести свои обязанности и наследников, к сожалению, не имел. Казалось на нем и закончится давний род слуг семьи Виалант, если он не обзаведется женой и ребёнком, а в его возрасте и то и другое было ну уж крайне проблематично.
С Иолаем же успела произойти одна печальная история. Его дядя Гораций, брат Гвен, пристрастился к карточным играм и погряз в личных долгах, стыдясь просить из сбережений семьи, прогорел на нескольких вложениях и начал связываться к контрабандой и нелегальными поставками безналогового сырья. В результате предал и сдал партнёров, когда прибыль пошла вниз, а ссоры между ними участились, и совершил один поджег с убийством того, кому был изрядно должен. Да ещё и организовал всё так, чтобы в этом обвиняли Фабиоса, супруга Гвен и отца Иолая, подставив его.
Юный Иолай пытался самостоятельно докопаться до сути, веря в его невиновность, и как-то раз, проследив ночью за тайной встречей дяди Горация, застал признание дяди на сборище культистов пламени в заброшенной древней крипте. Огнепоклонники Рагора — бога-сокола и покровителя пиро-стихии были им зачем-то собраны, видимо он хотел вымогать у них средства, предлагая выкупить Фабиоса, чтобы тот избежал суда и расправы, уехав с ними в Иридиум. Гораций принялся раскрывать свой план, приведя того, как пленника, вместе с собой.
Услышав признание приёмного дяди, не дав тому договорить всё в деталях и до конца, Иолай, унаследовавший от отца огненный дар, захотел поквитаться с коварным родственником, но с выплеском неконтролируемой и необузданной энергии в гневе сжег абсолютно всех находившихся в помещении, не рассчитав на сильных эмоциях собственные силы. Убил он таким образом и своего отца. Бедняга Фабиос, устроивший некогда ту страшную полыхающую сцену у дерева, по злой иронии погиб в крайне похожей ситуации…
Милена же на землях Хаммерфолла хорошо сдружилась с лордом Вермиллионом и втайне от мужа стала чародейкой огня, практикуя с подругами пиромантию и развивая свои врождённые способности. Разумеется, что такие занятия строились на самопознании внутренних сил и общении с выбранной стихией, без присмотра каких-либо других учителей и без грамот об окончании учёбы. Но чародейство в огненной стихии женщине давалась очень хорошо, так что из самоучки она достигла за это время немалых высот и мастерства, по крайней мере так считал сам Вермиллион Де Мац.
Молодой Сэм Уинфри пошел по стопам отца, был волевым отважным рыцарем, а вот его брат Алекс при всем своем благородстве и полученном боевом опыте такой славы всё-таки не снискал. Зато в отличие от старшего брата был женат, правда вот детьми ещё не обзавелся.
Джеймс Дайнер пригласил Сэма быть его паладином, и тот принял предложение короля, верой и правдой прослужив несколько лет. Однако не все тактики и методы Джеймса по итогу разделял, в то время как новый король считал, что иногда действовать нужно жёстче, а не всегда проявлять присущее благородство.
