Определённо зная, что он задел Шандора, теперь уже Стево с выкриком «А-а-а-а!» понёсся вперёд, чтобы вонзить лезвие оппоненту вбок между рёбер, но тот сделал ловкий шаг назад, даже не шаг, а скорее инстинктивный наклон с попыткой удержаться на одной ноге, вскоре вернувшись в исходную боевую стойку, когда Стево пролетел мимо, промахнувшись своим выпадом.
Вернувшись на обе ноги, Шандор попытался ногой пнуть промчавшегося недруга и попал тому по заду, едва не столкнув в пылающий с человеческий рост, если не выше, большой костёр. Только близость к жару удержала на ногах бедолагу, заставляя изо всех сил пятиться и сохранять равновесие.
Мгновение спустя они уже вернулись к тому, с чего всё начиналось. Ноги расставлены, руки чуть опущены наготове отражать и нападать, кружась из стороны в сторону по краям импровизированной дуэльной арены.
— Ты мышь, — говорил длинноволосый парень в процессе этого хождения, — А я дикий лесной кот, который вышел на охоту! Ты просто мышь! — не понятно, убеждал он себя таким образом или запугивал Стево, но тот лишь недовольно шумно дышал, растопыривая ноздри над редкой щетиной юношеских усиков.
Один резвый синхронный выпад с каждой стороны, и лезвия небольших идентичных ножей со звоном сошлись крест-накрест в попытках с напором надавить в ту или иную сторону, разошлись снова и начали высекать искры со лязганьем ударов, что следовали один за другим.
Не глядя, не видя друг друга, а только чувствуя, они умудрялись многократно задевать лезвием о лезвие. Один пятился, другой наступал, а затем наоборот. Но сил в раненой руке у Шандора было меньше, так что Стево вскоре продавил оборону соперника, сделав ещё несколько косых движений крест-накрест и изодрав сиреневую рубаху, оставляя соответствующие порезы на торсе конкурента за девичье сердце.
Послышались ахи и вздохи вокруг, старец вновь попытался прикрыть Синеглазке её взор, как многие родители делали прибежавшим на шум детям, давно уложенным спать в шатрах и кибитках, но Маргарита-младшая снова избежала морщинистой руки Плеймн, пахнущей сухой травой, табаком и немного пчелиным воском, устроившись поудобнее для просмотра сражения.
— Хэх! Хайя! — периодически разрезали лезвиями воздух перед собой оба, чтобы никто ни один не мог втихую подкрасться или обойти сбоку, неожиданно вонзив нож.
Израненный Шандор, благо его порезы на теле были не особо глубокими, лезвие едва пустило кровь из смуглой кожи, перешёл в активное нападение. Причём не просто махал ножом, а делал невообразимые акробатические трюки. Махал ногами вперёд, вертясь на одном месте, пытался выбить нож у оппонента из рук, отпихнуть того в живот или просто неожиданно ударить.
Стоящий напротив в попытках от свистящих в воздухе движений уловить их направление и увернуться от ударов, таких прыжков в воздухе позволить себе не мог. Даже если он и умел вытворять нечто подобное, сама концепция швов на кожаных штанах не позволяла ногам разгуляться с такой свободой, как шаровары махавшего конечностями Шандора.
Тот громко топал, вскрикивал, иногда даже ложно, без попыток атаки давал сигнал голосом, но не делал выпада, чтобы потом бесшумно застать врасплох очередным акробатическим переворотом или мощным толчком с разбега.
Так и получилось. Один из таких прыжков с вытянутой в воздухе ногой вперёд угодил прямиком по лицу Стево сбоку, врезав по щеке и по зубам, почти повалив на землю и заставляя сделать боком кувырок, чтобы совсем не рухнуть.
— Вот это да! — в определённом восхищении прикрывала рот рукой Синеглазка, — Как он так? Прям летает! — пищала она от восторга, глядя на все эти движения ногами в воздухе.
— Отец-храмовник его научил, — просипел старец Плеймн.
— Да бросил потом, — раздался справа чей-то подслушавший женский голос с явным неодобрением, — Может, потому он и злой такой. Смотри, как кипит ярость в мальчишке!
Обжигающая боль в щеке и дёснах, вкус кровь во рту, скрипящие от ненависти зубы — всё это с огромной силой обрушилось на молодого парня, а Шандор уже нёсся вперёд с лезвием, зная, что после такого переворота его соперник едва ли готов сражаться.
Вот только не учёл, что Стево не настолько ловкий, чтобы приземлиться на ноги после такого удара. Тот стоял одним коленом на траве, будучи теперь пониже оппонента, вытянул в защитном жесте руку с ножом вперёд. И в этот момент бегущий Шандор, видимо, не очень рассчитал расстояние, так что наскочил животом прямиком на всё лезвие.
Под громкое оханье раздался и женский визг, когда раненный парень, раскрыв рот от шока и боли повалился спиной на траву вместе с торчащим в себе ножом. Рана была явно глубокой, не в центре, а где-то с краю живота, откуда сразу же по ножу заструилась алая кровь.
— Ты проиграл! — поднимался тяжело дышащий Стево на обе ноги, — Признай, и мы закончили.
