Кровь мага полностью

Налетев на них, Ведья выпустила из пальца синее пламя, ударившее Луку в тот самый момент, когда он выстрелил. Отбросив болт в сторону, поток энергии швырнул низкорослого римонца в глинобитную стену. Рот Луки раскрылся в беззвучной агонии, и он стал извиваться словно марионетка, которую дергал за нитки невидимый кукловод.

Пролетев над крышей, Ведья скрылась из виду. Она, несомненно, опасалась ответного удара, но у Елены просто не оставалось сил.

Положив Солинду на землю, Лоренцо встал над ней, держа в руке сломанный меч и вглядываясь в небо.

– Какой план, Елена? – потребовал ответа он.

У меня был план, но в нем я была свежей и невредимой.

– Нам нужно заманить ее вниз, Лори, и убить с помощью оружия. Она – не боец.

– Но ей ведь всего-то нужно оставаться вверху, пока до нас не доберутся Горджо!

– Я никогда не говорила, что это – хороший план.

Она с усилием попыталась подняться. На земле застонала Солинда. Я сделаю это ради тебя, принцесса. Скривившись от боли, Елена встала на ноги и выбежала в узкий переулок. Яркая фигура ринулась к ней подобно одному из ангелов Кора.

Ведья Смларск впервые встретила Гурвона Гайла на Северном мысе, в башне, возведенной там Ордо Коструо у места, где начинался мост Левиафана, к югу от Понта. Она приехала со своим мужчиной, Хайгором, взглянуть на великую башню – Башню Глаза, или, как называли ее сидийцы, Урече-Турлу, где ненавистные маги неусыпно стерегли Мост. Тогда как раз была середина цикла между приливом и отливом, так что Мост скрывали морские волны. Урече-Турла впечатляла. Тонкая и словно бы сделанная из слоновой кости, она тем не менее была в милю высотой, опутанная толстыми канатами и окруженная платформами для посадки воздушных кораблей. Голубой свет, лившийся из окон самого верхнего ее этажа, напоминал сияние звезды.

Мать Ведьи соблазнила одного мага из числа Строителей Моста девятнадцать лет назад, хотя и была уже замужем. В этом не было ничего постыдного – все знали, что родить ребенка-мага означало принести клану богатство и статус. Ее мать тогда уже достигла брачного возраста и была весьма искушена в любовных утехах. В праздничные дни жрецы часто приглашали ее для ритуального соития перед племенем, призванного освятить урожай. Они были разводившими лошадей кочевниками, однако весной становились стойбищем, чтобы вырастить один урожай ячменя, овса и пшеницы, который позволял им пережить зиму.

Ведья росла привилегированным ребенком. Мужчины дрались за нее. Несколько магов, которых племени удалось произвести на свет, жили вместе в Сфере, также известной как Круг. Они соперничали и дружили, передавая друг другу те обрывки знаний о магическом искусстве, которые им удалось получить. В Сфере у всех, разумеется, была часть рондийской крови, большей частью одна четвертая или одна восьмая, но Ведья была настоящей полукровкой, со склонностью к магии стихии воды и управлению животными. Когда у нее начались месячные, ее выдали замуж за Хайгора, могущественного мужчину из клана Армасар-Раса, которому она стала четвертой женой. Хайгор лишил ее девственности перед всем кланом в качестве кульминации свадебных торжеств, пока остальные три его жены смотрели на нее темными глазами, скрывавшими их мысли. Ей исполнилось тринадцать. Он был в два раза старше ее.

В ту ночь Ведья увидела, что на Урече-Турлу смотрит еще один человек. Обладавший острым глазом охотника Хайгор заметил его еще раньше. Ведья поначалу подумала, что этот одетый в сидийские кожи незнакомец был одним из их клана, но затем, когда он приблизился к ним, ветер откинул его капюшон и в лунном свете она увидела, что он вообще не был сидийцем. И наблюдал этот рондиец не за башней. Он наблюдал за ней.

Хайгор зарычал: чужак, открыто пялившийся на сидийскую женщину, был недопустимым вызовом мужественности ее супруга. Незнакомец не выглядел как боец, однако он не струсил при виде направившегося к нему Хайгора. Для рондийца он был низковатым и не слишком крупным, а его лицо чем-то напоминало хорька. Хайгор, вне всяких сомнений, намеревался убить его – до тех пор, пока не увидел кристалл, пульсировавший у незнакомца на шее. Это был вражитоаре, маг.

Ведья испугалась за Хайгора. Он был хорошим супругом: мужественным, защищавшим ее и предпочитавшим Ведью остальным своим женам. Однако вражитоаре поднял руку в знак мирных намерений. Он знал сидийский язык, и они с Хайгором поговорили. Когда муж Ведьи вернулся, его лицо было ошеломленным. В руках он держал три плетеных кожаных браслета, в каждом из которых было по двенадцать бриллиантов. Каждый из этих бриллиантов стоил сотню лошадей. Ведья до сих пор помнила ту дрожь, которую ощутила, увидев их. Протянув руку, Хайгор сорвал с нее обручальное ожерелье. Глиняные бусины покатились по склону холма. «Жена, ты мне больше не жена, – сказал он. – Теперь ты принадлежишь этому человеку». Его глаза напоминали сиявшие в лунном свете блюдца.