Кровь мага полностью

Трудно было поверить, что кому-то хватило наглости ограбить его. И как они вообще узнали, где искать? Возможно, оборванец Колл решил обчистить своего хозяина? Нет, это однозначно был не он. Человек, заблокировавший контрудар Белония, обладал поистине ужасающим могуществом. Вульт уже почти прорвался и узнал личности грабителей, хотя их и разделял океан, когда его телепатическая атака разбилась вдребезги, и сила человека, разрушившего ее, до сих пор обескураживала губернатора. До этого ему довелось ощутить такую мощь всего однажды, со стороны инквизиторов Церкви.

Когда Вульт приземлился, затребованный им ялик уже дожидался его, так что через час губернатор снова поднялся в небо. Ялик был легковесным и обладал полным парусным вооружением. Он предназначался для скоростных перелетов. Вдобавок Вульт пообещал двум пилотировавшим его молодым магам дополнительную плату, если они доставят его в Нороштейн к ночи пяденицы. Ветер трепал волосы губернатора, сидевшего, опершись спиной о мачту, и наблюдавшего за тем, как ночь сменяется утром. Его разум не прекращал работать ни на мгновение. Через день он сможет связаться с Фиреллом. Вульт сомневался, что тот сможет ему многое сказать, однако он нуждался в ком-то, кто мог бы провести расследование без лишней трескотни. Губернатор гадал, какие документы выкрали. Все? Некоторые из них компрометировали его лично, однако большая их часть могла причинить вред людям, которых он в данный момент пытался защитить. В любом случае все нужно было вернуть во что бы то ни стало.

Да кто же, черт возьми, меня ограбил?

– Что ты сделал?

Рамон вскочил на ноги, таращась на Аларона выпученными глазами.

Тот опустил голову.

– Я должен был знать, – сказал он, обороняясь.

Поняв, что он, не исключено, подписал всем им смертный приговор, юноша решил обо всем рассказать друзьям.

Рамон клял его на чем свет стоит, а вот Цим просто смотрела в сторону, вероятно рассчитывая, сколько времени у них осталось до того, когда кто-нибудь узнает о пропаже бумаги, касавшейся Аларона Мерсера, и придет за ним. Либо же она тщательно обдумывала лучший способ убить его.

– Во имя Кора, Аларон! – кричал Рамон. – Мы все знали, что тебя провалили намеренно, – любой дурак бы это понял! Не нужно было красть треклятую бумагу, чтобы убедиться в этом!

Аларон опустил голову еще сильнее. Что толку спорить? Рамон был прав.

– И теперь, когда Вульт вернется, он увидит, что пропавшие документы касаются двух людей: Лангстрита и Аларона Мерсера. Сколько ему понадобится времени, чтобы направить сюда отряд? Три секунды! Кóровы яйца, ты что, совсем треклятый идиот?

Рамон гневно сжимал и разжимал кулаки.

– Мне жаль, – пробормотал Аларон. – Мне правда, правда жаль. Я не думал…

– Нет, ты вообще никогда не думаешь. Ты просто делаешь, а затем тупо смотришь на осколки разбитого тобой. – Рамона трусило от ярости. – Мы только что совершили одно из самых дерзких ограблений, и в кои-то веки – в кои-то веки – ты действовал и впрямь по-умному. А теперь рассказываешь, что сразу после этого, по сути, написал наши имена и адреса на стене ограбленного дома перед тем, как покинуть его.

Взмахнув руками, Рамон зашагал прочь, словно боялся, что, оставшись, может наброситься на Аларона.

Аларон схватился руками за голову. В мозгу юноши мелькнула мимолетная мысль о том, что обо всех этих криках может подумать его мать. Цим подошла к его креслу и, опустившись рядом с ним на колени, накрыла его руки своими.

– Кровь Кора, Аларон, какой же ты дурак, – прошептала она с жалостливым выражением лица. – Что же нам теперь делать?

Аларон сам думал об этом всю ночь. А теперь он был благодарен Цим за то, что она на него не кричала.

– Ну, думаю, у нас есть два выбора, – начал он. – Мы могли бы попробовать сбежать так далеко, что он не смог бы до нас добраться. Однако не думаю, что у нас это получится. Другой вариант – решить все в течение нескольких ближайших дней. Карты показывают, что до Гебусалима отсюда пять тысяч миль. Даже Вульту понадобится на такое путешествие не меньше недели. Полагаю, у нас есть время до первого юнесса, после чего он доберется сюда и мне придет конец.

– Звучит неплохо, – произнесла девушка, коснувшись его щеки. – Ты и правда идиот. Впрочем, ты сам об этом знаешь. Но с тобой интересно быть рядом. Нам нужен план, поэтому я пойду успокою Рамона.

Он попытался поблагодарить ее, однако Цим лишь махнула рукой, оставив его в одиночестве. В глазах юноши стояли слезы, а его горло сжало так сильно, что он с трудом мог дышать. «Я не очень умен, но мне повезло с друзьями», – подумал Аларон.

Они вернулись через несколько минут. Рамон по-прежнему кипел, сжав кулаки, а Цим выглядела спокойной и важной. Аларон взглянул на нее с благодарностью.

– Рамон, Цим, мне действительно жаль, правда. Он сможет повесить взлом только на меня. Это моя вина, и я заслуживаю наказания. На вашем месте я бы отсюда убрался, позволив мне самому все разгребать.