Ночная тишина сменилась лязгом железа и криками. Я карабкался наверх следом за Этвальдом, который уже мог считаться ветераном. Продвигались медленно, то и дело я провожал взглядом падающих в ров бойцов, и надеялся, что гаэлы не вкопали колья на дно. Сердце бешено колотилось, я боялся, что меня сверху подстрелит какой-нибудь особо меткий гаэл.
Со стены раздавались крики защитников. Я отчаянно надеялся, что отряды Венделина, Артора и Кигана преуспеют больше, чем мой. Наше продвижение остановилось, с лестницы снова упал один из моих воинов. Раздался оглушительный вопль, трое бойцов сами предпочли сигануть с лестницы в ров, и я понял, почему. Защитники Данкелда притащили котёл с кипятком и выплеснули его прямо на атакующих, а затем принялись рубить лестницу топорами. Меня не задело, я был слишком далеко, но вот от каждого удара топора лестница неизбежно шаталась.
— Вперёд! В атаку! — заревел я и потянул Призрачного Жнеца из ножен, вдруг осознавая, что между мной и защитниками крепости не осталось никого.
Я взлетел вверх по лестнице и перемахнул через частокол, ударом меча отражая вражеский выпад. Защитников было немного, но даже так я оставался один против целого десятка, пусть и ненадолго, пока поднимаются остальные. Кровь закипела в жилах, наполняя мускулы силой, а дух — волей к победе. Я расхохотался им в лицо, без промедления бросаясь в атаку.
Мимо лица мелькнул наконечник копья, но я увернулся, точным уколом отправляя одного из врагов на тот свет. Защитники не собирались давать мне шанс, атакуя по одному, но и я не думал отступать. Один удар я пропустил мимо себя, другой отбил вниз ударом меча, тем же движением подрубая ноги противнику, третий, летящее в меня копьё, перехватил за древко и дёрнул на себя, отправляя гаэла в полёт за стену.
Сзади поднимались воины, незамедлительно вступая в бой. Чужое копьё полоснуло меня по бедру, скорее оцарапав, чем причинив реальный вред, но я не преминул отомстить, вонзив Призрачного Жнеца в грудь своему врагу.
— Бей! Убивай! — орал я, размахивая мечом и крутясь на узкой галерее, словно обезумевший дух войны из древних легенд.
Я, несмотря на рану, мощным пинком сбросил ещё одного гаэла вниз, в город, тот со сдавленным криком упал на крышу одного из домов. Другой, совсем мальчишка, попытался зарубить меня мечом, но я оказался быстрей, сверху вниз резанул его в подмышку, его рука бессильно упала вниз и я добил паренька ударом по голове.
На другой стороне надвратной башни тоже кипела битва. Венделину повезло больше, чем мне, там защитники не успели выплеснуть кипяток, но тоже держались упрямо, не желая сдаваться. Я не сомневался, что и у других наших отрядов дела идут точно так же.
Я ворвался в надвратную башню, и чудом увернулся от гаэльского топора, что поджидал меня. Навершием рукояти я ударил противника в лицо, перекошенное от ярости, а потом добил, перерезая ему горло. Краем глаза увидел, как в меня целится из лука ещё один гаэл, но мелькнула сулица, и стрелок повалился замертво с копьём в груди.
Другой стрелок всё-таки успел выстрелить, но промахнулся, и это стало для него последней ошибкой. Я подскочил к нему, рубанул сверху вниз, меч прошёл от плеча до середины груди. Заточка, как всегда, была выше всяких похвал.
Я со своим отрядом выбежал на другую сторону надвратной башни, где Венделин начинал теснить противников.
— Ламберт! — заорал Венделин из Бехайма. Он был весь в крови, но похоже, чужой. — Прорывайся к Кигану! Я здесь справлюсь!
Долго уговаривать меня не пришлось.
— За мной! — я поднял меч над головой и указал вдоль стены, где должен был сражаться король. Рубин блеснул в темноте, и по спине, не знаю от чего, побежали мурашки.
Мы побежали на помощь к королю, хотя по плану всё должно было быть наоборот.
— Киган! — крикнул я.
Но на мой зов он не ответил, зато защитники Данкелда обернулись, будто по команде, подняли щиты и ощетинились копьями.
— Бей! — взревел я и сам бросился в бой, чувствуя, как плещется кровь в сапоге.
Рана, хоть и казалась пустяковой, была серьёзнее, чем я думал.
Я влетел в гущу битвы одним из первых, едва увернувшись от нескольких копий, что хищно целили мне в живот, но зато сразу, одним движением, прикончил врага. Воздух наполнился запахом крови, металла и смерти.
Кто-то опрокинул жаровню, что стояла рядом. Раскалённые угли посыпались на деревянную галерею.
— Проклятье, — прошипел я. Пожар — худшее, что может случиться.
По частоколу громыхнула лестница, но защитники были заняты мной и моим отрядом. Через пару мгновений на стену взобрался Киган, размахивая мечом, а за ним на галерею спрыгивали гаэлы. Я увидел Вайлена, который хоть и был легко ранен, всё равно отправился в бой. За ним прыгнул Фингар, тяжело перевалился через частокол Нибель.
— Склонитесь передо мной! — завопил король, атакуя защитников с тыла.
