– Хорошо, Виктор Николаевич! Я постараюсь, но обещать не буду. Всё зависит не от меня, – ответил Артём перед уходом.
«Продают прямо на корню, – подумал я. – Даже страх и погоны их не сдерживают. Запах денег полностью отбивает страх и совесть. А может и правда, свернуть здесь всю работу и выехать в Казань? И там добить эту группу? Нет, нельзя. Это будет большой ошибкой, ведь здесь надо проводить целый комплекс следственных действий: выход на место преступления, допросы свидетелей… Из Казани просто невозможно будет каждый раз возить задержанных в Челны. Это не выход из положения. А может, перевести их в ближайшие подразделения, скажем в Елабугу, Менделеевск или в Мензелинск? Чем не выход?»
Этот ход мне понравился больше, чем вывоз арестованных в Казань: «Надо будет завтра обговорить это с Костиным. Интересно, что он скажет на это предложение? Сейчас приглашу к себе Ботова и поручу ему проведение мероприятий в отношении сотрудников местной милиции. Пусть поработает, может, выйдем на больших начальников?»
Сильная спазматическая боль в голове на какой-то момент остановила мои размышления. Я пошвырялся в карманах пиджака и, достав таблетку, запил водой. Погрузившись в кресло, я закрыл глаза и постарался расслабиться.
«Что-то часто в последнее время меня стала мучить головная боль, да и сердце не на шутку беспокоит, – с тревогой подумал я. – Ну, с сердцем всё ясно. Перенесенный инфаркт миокарда должен был сказываться при такой интенсивной нагрузке. Но головные боли, было что-то новое для меня».
Я обтёр платком вспотевший лоб, закрыл глаза и снова постарался расслабиться. «Слушай, Абрамов, ты чего мусолишь всякий раз одно и то же? Лучше вспомни день, когда ты отдыхал в последний раз», – продолжал я серьёзнейшую беседу с собой и постарался вспомнить тот день. Однако, как я ни старался, никак не мог его извлечь его из памяти. То ли у меня вообще не было выходных в этом году, то ли память стала подводить. «А когда ты, Абрамов, последний раз ходил с семьей в кино или театр?» – строго обратился я к себе. Но и в этот раз при всём усердии вспомнить так и не смог. «А ты всё о здоровье думаешь. Откуда ему взяться-то этому здоровью? Ты просто устал. Но если дадут хотя бы дня три отдохнуть, то всё это сразу пройдёт, и сердце, и голова. Не надо накручивать себя, успокойся, сейчас всё отпустит. Ты просто хронически устал», – успокаивал я себя.
Пересилив боль в левой руке, я взглянул на часы. Шёл восьмой час вечера. Я пододвинул к себе телефон и устроил телефонный сеанс с Казанью.
– Слушаю, – ответил Костин.
– Юрий Васильевич, вас беспокоит Абрамов! Хотел доложить о работе. Ваше указание по Менделеевску выполнил. Как уже докладывал ранее, раскрыл два преступления, это убийство Барышева и кражу платинового катализатора. Сейчас менделеевские товарищи дорабатывают эти преступления.
Здесь, в Челнах, раскрыли более четырех десятков краж КамАЗов. Все подозреваемые задержаны, за исключением Боцмана. Пока ни одной машины не изъято. Думаю, по братьям Дубограевым необходимо выехать в Казахстан, в Аркалык. Все похищенные ими грузовики уходили именно туда.
В отношении группы Боцмана намного сложней. Он приезжал в Челны, но его предупредили. По оперативным данным, предупредили сотрудники милиции. Кто конкретно, пока сказать не могу. В этом направлении мы сейчас работаем. Без Боцмана мы КамАЗы не найдем. Это однозначно. Только он знает покупателей. Остальные – это пехота. В их обязанности входило перегнать и сдать КамАЗ покупателю.
Обстановка в Челнах в оперативном плане довольно сложная, работаем в полной изоляции, как вы советовали. Они нашей работе явно не радуются. Сотрудники группы, Юрий Васильевич, устали, и я думаю, что их необходимо каким-то образом заменить. Считаю, всех задержанных по этому делу необходимо разбросать по трём отделам милиции. Это позволит нам в какой-то мере снизить утечку информации. А то получается, что работают не наши сотрудники, а агентура местных товарищей. То есть мы узнаем все новости только после того, как с ней знакомятся челнинские оперативники. Не исключаю, что нам могут давать лишь дозированную информацию. Думаю, сведения могут быть не столь полные и своевременные.
– Всё ясно. Передай ребятам, что эти вопросы я буду решать завтра с заместителем министра. Сложнее будет с тобой! Ты там ключевое звено, и всё расследование держишь в своих руках. Заместитель министра может не согласовать твою личную замену.
– Юрий Васильевич! Я уже больше месяца в командировке. И, если честно, то просто устал и морально, и физически. Готов потом опять вернуться в Челны. Дайте мне отдохнуть два-три дня, иначе я просто могу сломаться. У меня уже боли в сердце, и часто болит голова, это явное переутомление.
– Хорошо, Абрамов! Постараюсь уговорить заместителя министра. Три дня, я думаю, мало что решат в этом деле.
