Из-за двери показалась улыбающаяся физиономия директора кафе.
– Подавать можно? – спросил он и, получив согласие, побежал распорядиться.
Неизвестный мужчина после встречи с Кунаевым направился к центральной улице города. Его ноги тонули в неубранном снегу и не давали возможности ускорить шаг. Запыхавшись, он остановился и посмотрел на часы. Мелкие стрелки не позволяли в темноте рассмотреть время, и он с сожалением подумал: «Стареешь, Хилый, стареешь. Вот и глаза уже отказываются видеть. Наверное, пора на покой».
Он двинулся дальше и вскоре оказался на главной улице. Центральная часть города разительно отличалась от той, по которой ему пришлось сюда идти. Улица была чистой, словно её миновал падавший всю ночь снег. Кругом горели фонари и сверкали витрины магазинов. Остановившись около фонарного столба, он опять взглянул на часы. Теперь он смог рассмотреть: стрелки показывали без трёх минут девять. «Успею», – решил Хилый и вновь ускорил шаг.
Впереди яркими огнями сверкал универмаг. Мужчина, оглядываясь по сторонам, словно страхуясь от возможной слежки, вошёл в широкие двери магазина. Недалеко от дверей около отдела по продаже часов стоял человек, к которому он так спешил.
– Здравствуйте, – почтительно поздоровался с ним Хилый. – Извините, пожалуйста, немного опоздал, немолодой уже, ноги плохо ходят.
– Не нужно оправдываться, я вам не врач, и новые ноги не поставлю. Постарайтесь впредь на встречи не опаздывать, я не собираюсь здесь часами толкаться. Докладывайте.
Хилый оглянулся и, понизив голос, начал выкладывать информацию:
– Я дождался его недалеко от дома. Передал всё, что вы просили.
– Как он отреагировал? – поинтересовался незнакомец.
– Спокойно. Абсолютно спокойно, словно деньги были у него и он готов их отдать прямо сейчас. Я ему напомнил о поручительстве за зятя, но это он пропустил мимо ушей. Похоже, действительно не знает, где тот скрывается.
– Вот что, возьми своих людей и сами начните поиски Немца. Нам требуются деньги, но это не главное. Ланге нам больше не нужен. Его необходимо ликвидировать, но только после того, как он вернёт деньги. Милиция задержала Измайлова, который тебя может слить. Его нужно также убрать.
– Постойте, но как я могу его убрать, если он в камере? – спросил потрясённый Хилый.
Незнакомец, выдержав паузу, прошипел:
– Это твоя проблема! Не уберёшь его, Хозяин уберёт тебя. Жду доклада через два дня.
Незнакомец развернулся и, подняв воротник чёрного пальто, направился к выходу. Там его ждала чёрная «Волга» с государственными номерами.
Михаил Ланге лежал на диване и внимательно рассматривал потолок комнаты. Шла уже четвёртая неделя, как он проживал у Акаева, которого хорошо знал со времён совместной учёбы в автодорожном техникуме.
На столе стояли недопитая с вечера бутылка водки и остатки закуски. Хозяин квартиры по просьбе Ланге вчера выехал в Аркалык, где должен был встретиться с его близкими друзьями – Измайловым и Кимом. Михаил мучился от безделья, но выходить из квартиры на улицу боялся. Жена Акаева, Алия, что-то делала на кухне, оттуда доносился звон кастрюль, и пахло чем-то вкусным. Михаил потянулся, свесив ноги с дивана.
– Алия! – обратился он к женщине, – ты слышишь меня? Составь компанию, я один пить не могу.
Она сверкнула чёрными глазами.
– Если я буду каждый раз составлять тебе компанию, Михаил, то просто сопьюсь. Ты же каждый день пьёшь как лошадь, неужели не надоело?
– Ну давай, не ломайся! Поддержи компанию, что тебе стоит? – не унимался гость.
– Нет, я пить не буду, – решительно отрезала женщина. – Сейчас будут готовы пироги, вот под них и выпьешь.
Он снова лёг на продавленный диван. Вчера ему в руки попала местная газета, в которой писали, что в аварию попали несколько сотрудников оперативно-следственной бригады, работающей в Аркалыке. В заметке также сообщалось, что один из них погиб. «Молодец Измайлов, – подумал он. – Может, это остудит их пыл. Приехали тут, хватают всех подряд».
Он попытался разобраться в происходящих событиях. Ему хотелось понять, где и когда он допустил ошибку. Вроде всё, что он делал, было абсолютно правильно. Да, продавал угнанные в Челнах КамАЗы. А кто бы отказался от такого бизнеса, если деньги сами плыли в карман? Но продавал, не пытаясь по-крупному нажиться на этих машинах. Народ-то, в принципе, не был обижен его ценами. Хочешь, бери, а не хочешь, дело твоё. Может, нужно было и дальше так жить? Нет же, связался с Измайловым, сошёлся из-за него с этими «наркоманами». Ведь денег и без наркотиков вполне хватало.
Он даже не знал толком, от кого прячется: от милиции или от мафии, и кто из них опаснее для него. После провала рейса в Казань, Михаил сразу заметил, что эти люди стали к нему относиться совершенно по-другому, с опаской и недоверием. Теперь редко кто из них приезжал к нему на работу, всё больше общались через Измайлова. Теперь уже Измайлов планировал вместо него рейсы и решал, кого из водителей куда направлять. Может, нужно было ещё тогда выйти из игры, плюнуть на все КамАЗы, но, видно, алчность начисто лишила его чувства самосохранения.
