Хозяйка достала пироги из духовки, дала им слегка отстояться и принялась резать на аппетитные кусочки. Пирог с мясом она выложила на блюдо и торжественно внесла в комнату. Михаил, увидев её с такой красотой в руках, вскочил с дивана и, потирая руки, уселся за стол.
– Алия, давай выпьем, ну чисто символически? – завёл он свою старую песню.
Молодая женщина присела на краешек стула. Её густые чёрные волосы были стянуты пучком на затылке, а массивные золотые серьги подчёркивали изящество маленьких ушей.
– Ты, Михаил, как цыган. Привязался, словно слепень, – с лёгким упрёком промолвила она и улыбнулась.
Он быстро разлил водку по рюмкам и подвинул одну поближе к женщине.
– За тебя, за твою красоту! – произнёс он.
Они чокнулись и выпили.
– Ты не боишься, что может подумать мой муж, когда узнает, что я с тобой здесь пила водку? – спросила она его. – Ты знаешь его лучше меня. Он может убить нас обоих.
– Он может подумать всё что угодно, даже если бы ты и отказалась со мной выпить. Или я не прав? А так, я знаю, что он очень жёсткий человек и в пылу может и убить, это точно. Но мне кажется, что ты ему ничего не расскажешь об этом, правда?
Она смущённо потупилась.
– А давно ты замужем? Где он разыскал в степи такой прекрасный цветок? Насколько я его помню, он всегда был замкнутым человеком. Никуда не ходил, ни на танцы, ни в театр. И вдруг, представь себе, нашёл тебя!
– Михаил! давай, не будем об этом, – попросила женщина. – Не лезь ко мне в душу. Всё у нас с ним хорошо.
Женщина потянулась к бутылке и налила ему водку.
– Давай, Михаил, пей и прекращай эти разговоры. Они мне неприятны. Я ведь знаю, к чему ты ведёшь. Сейчас начнёшь меня пытать, почему у нас нет детей, и так далее. Скажу сразу. Эта тема закрыта. Не твоё это дело!
Он протянул руку за пирогом.
– А ты неплохо готовишь, – произнёс он, прожевав кусок. – Очень вкусно! Я здесь у вас как на курорте, вкусно ем, водку пью. Да и глаза не устают ежеминутно ласкать твою красивую фигуру.
От этих слов её лицо залилось краской. Она опустила глаза и почти прошептала:
– Вы, мужчины, умеете красиво говорить. А мы, женщины, развесим уши и слушаем ваши сказки. И, самое главное, верим вам. А копнёшь вас глубже, кроме слов, у вас за душой ничего и нет.
– Это не так, Алия! Настоящий мужчина всегда должен подчёркивать красоту женщин, а иначе он не мужчина, а тряпка. Мужчина всегда в душе поэт и должен петь о красоте женщины, – расфилософствовался опьяневший Михаил и полез к собеседнице с рюмкой.
Они вновь чокнулись, и женщина на этот раз допила водку. Затем она встала из-за стола и медленно пошла в кухню. Он с восхищением проводил её взглядом и, достав из кармана сигареты, направился следом. Подкрался осторожно, стараясь не шуметь.
Алия резала мясо. Почувствовав его присутствие, оглянулась. Он, как охотничий пёс, затаился и подошёл ближе, обдал прерывистым дыханием. Он осторожно обнял её за плечи, ожидая отчаянного сопротивления. Но женщина стояла, как статуя, и не пыталась сбросить его руки. Он начал медленно гладить её разгоряченное тело, а затем крепко сжал в объятиях.
Женщина напряглась, её дыхание стало глубоким и редким. Из груди стали вырываться томные стоны, от которых у Михаила закипала кровь. Он начал целовать её в шею, гладить по волосам; доведя до беспамятства, поднял на руки и понёс в комнату. Показалось, прошла вечность, прежде чем он опомнился.
Михаил открыл глаза. Алия лежала рядом, отвернувшись к стене. Её тело содрогалось от рыданий.
– Михаил, ты больше никогда не должен это делать, – шептала, рыдая, она. – Запомни, никогда! Тебе лучше вообще уехать прямо сейчас. Я не могу оставаться в этой квартире вместе с тобой.
– Алия, ну куда я сейчас поеду, на ночь глядя? Мне некуда идти. Давай дождёмся твоего мужа, а там решим.
Она встала с постели и стала приводить себя в порядок. Он тоже приподнялся.
– Ты можешь пока оставаться здесь, я сама уйду к подруге. Приедет муж, я вернусь. – Она быстро поправила измятую постель, оделась. – Всё на столе! С голода не умрёшь, – сказала она и, не оборачиваясь, громко хлопнув дверью.
Михаил остался один. Ему вновь пришлось лечь на уже давно надоевший диван.
В гостиничном номере, удобно устроившись в кресле, я открыл конверт, переданный мне администратором. В нём оказался небольшой листок, на котором печатными буквами было написано несколько строчек: «Если вы согласны свернуть активную фазу вашей работы в городе, то можете забрать за это вознаграждение. Оно находится в автоматической камере хранения в аэропорту города Кустанай. Ячейка 165, код – В4546. В сумке 2500000 рублей».
Я отложил листочек в сторону и задумался: «Что это? Провокация? Почему письмо адресовано лично мне, а не руководителю бригады? Я всё равно не вправе принимать подобные решения. Надо поговорить».
Спустившись вниз, я подошёл к администратору.
– Скажите, пожалуйста, кто передал вам это письмо?
– Письмо для вас передала женщина средних лет, – ответила администратор.
– А как она выглядела? Ну, возраст женщины, во что была одета, была одна или с кем-то?
