– Ты должен был стать моим последним сосудом, и мы бы с тобой завершили начатое. Очистили бы землю и вернулись к братьям. Но ты сделал глупый выбор, Этан. Так же, как и я. Мы оба выбрали недостойных людей. Чувства затмили наш разум.
– И ради чего сейчас умирает Эмилий?
– Ради будущего. Он бы тоже предпочел тебе жалких людей. Даже такие крепкие узы обречены. Власть дурманит, жадность затуманивает взгляд. Гнилую кровь ничем не изменишь. Достаточно одной капли, чтобы она отравила все.
– Я найду способ не допустить этого. – Желание опровергнуть каждое высказывание бога бушевало во мне.
– Ты даже одну душу не можешь спасти, Этан. Куда тебе до остальных? Твой король носил клеймо с рождения. Потомок, в чьих жилах течет кровь Дария и перерождение Маэль. Еще одна насмешка судьбы. И, не успев обрести свободу от клятвы, она сама же обрекла себя на ад. А ты стоишь здесь и пытаешь дать мне отпор. Глупый мальчишка. Игра окончена, Этан. Круг замкнулся. И в этот раз будет по-моему. Я не вернусь на Небеса. Первый бог спустился для того, чтобы править на земле.
На моих глазах зверь превратился в нить, которая скользнула к моим ногам. Она обвивала их, пока полностью не слилась с телом. Я знал, что это был наш последний разговор с богом. Нэим не сошел с ума. Он прекрасно понимал, что делает. Сотни лет один, запертый в пустоте. Бог, знающий истину. Его любовь превратилась в безразличие, а на смену верности пришла слепая ненависть. В этой истории не существовало зла и добра. Каждый следовал своему зову и не слышал других.
Со стоном я опустился на корточки. Как же хотелось столкнуть лбами Нэима и Дария, чтобы они решили все между собой, а Маэль оставили в покое. Дарий и Нэим рвали ее на части. Хранители, как же. Хоть один позаботился о ней по-настоящему? Нет.
–
Кто бы мог подумать, что благие помыслы могут привести к гибели мира. Нестерпимо захотелось вернуться в детство. Вновь под шум дождя слушать сказки, которые читал отец, и вдыхать запах свежих трав, разложенных на небольшом столе.
Вокруг все замерцало, и по земле, покрытой пылью, заструились золотые нити, образуя тропу. Бардоулф была где-то там, в своем аду. Я поднялся на ноги и уверенно шагнул на светящуюся паутину.
Нет. Детство давно закончилось. Пальцы решительно сжались в кулаки. У меня был один путь – и вел он меня к ней.
Морозный воздух обжег горло, а порывы ледяного ветра нещадно жалили кожу. Снег покрылся тонкой коркой льда и хрустел под ногами. Где я оказался? Неужели тропа ошибочно привела меня не к Бардоулфу?
Холод быстро пробирался под одежду. Медлить было опасно, и я двинулся вперед к деревьям, видневшимся вдали. С каждым моим шагом знакомые и поэтому страшные звуки становились все отчетливее.
Заснеженный лес представлял собой поле бесконечной битвы. Мертвые тела падали и рассыпались белой крошкой, а на их месте возникали новые. Они устремлялись к центру небольшой опушки, где среди деревьев стояла она. Ее мокрые белоснежные волосы были зачесаны назад, доспехи покрылись вмятинами, а красный плащ побагровел от крови. Меч безостановочно скользил, разрезая врагов, четко и размеренно с обреченной жаждой убийства. Ранения не останавливали Бардоулфа, лишь на короткие мгновения она падала на колени и подставляла свое лицо морозному ветру.
Вечная борьба. Ад, предназначенный для нее.
Враги не останавливались и продолжали наступать, не обращая на меня внимания. Я вгляделся в их лица и не смог сдержать судорожного вздоха. Там были все: Аллан, Валадиан, Алеистер, Эмилий и даже мой отец. Она убивала их бесконечно – всех дорогих людей, которые вонзали в нее свои мечи. Глаза защипало, тело с трудом двигалось от холода, но я сделал шаг навстречу Бардоулфу, уверенно, не отрывая взгляда.
Удар. Ноги подкосились, но она устояла.
Удар. Кровь стекала по лицу.
Удар. Меч выпал из ее рук, и Бардоулф обессиленно рухнула на колени.
Наши взгляды встретились, и следующего удара не последовало. Я упал рядом с ней и прижал к себе в попытке защитить от ледяного плена. Пустые марионетки не могли мне ничего сделать. Они не были частью моего ада, но зверь все равно вырвался на свободу и стал кружить по лесу, охраняя нас и никого не подпуская близко.
– Ты теплый.
Я даже не надеялся еще раз услышать ее низкий, чуть хриплый голос, который немедленно отозвался внутри пронзительной болью.
– Ошибаетесь, мой король, я замерз.
– Ты не можешь быть настоящим, Этан. – Она оттолкнула меня и посмотрела безумными глазами. – Нет, не говори мне, что…
– Прошу вас, давайте выберемся отсюда, а потом можете ругать, сколько захотите. – Я готов был умолять, лишь бы вывести ее из ужасного леса.
Бардоулф покачала головой.
– Отсюда нет выхода, Этан.
Я сжал челюсти и, поднявшись на ноги, протянул руку.
– Вы можете хоть раз не решать все сами, а положиться на меня?
