– Эй, осторожней с девчонкой! Хозяин и так вложил в нее столько сил, а неблагодарная паршивка мало того, что сбежала из лаборатории, еще и весь персонал там перебила! – Злобный возглас вожака мои опасения подтвердил.
Рычание Глайта за спиной меня напугало больше, честно говоря.
Пользуясь своим преимуществом, я стала потихоньку пробовать на врагах разные заклинания, отвлекая главаря. Первый ледяной снаряд заставил его отскочить, сбив наполовину готовую структуру чар и попутно отморозив ухо одному из нападавших. Волна огня, к сожалению, повредила только окрестные деревья, превращая их в обугленные остовы.
– Детка, об этом можешь забыть! – Мне показали неприличный жест. – У нас у всех амулеты с защитой от огня!
– А от этого амулеты у вас есть? – зло прошипел за моей спиной Глайт и швырнул во врагов что-то туманно-вязкое, заставившее троих из них двигаться медленно и неуверенно.
Спустя секунду те, кому не повезло попасть под чары моего жениха, оказались обезглавлены. Темная густая кровь толчками лилась из перерубленных шей, быстро заливая поляну. Их тела минуту лежали, потом рассыпались пеплом, как и положено нормальным мертвым вампирам. Я решила не отставать от Глайта.
Я провела серию атак, на полтора шага отойдя от жениха, потом неожиданно отступила, выводя противников на себя, и сделала выпад из крайне неудобной позиции, нанося одному бескланнику подлую рану в пах. Бедняга взвыл и повалился набок, зажимая руками распоротое место. Второй растерялся и тут же получил каблуком в нос, а еще я успела чиркнуть кончиком меча третьего вампира в живот. Не ожидавшие от девушки такой прыти бескланники поплатились за самонадеянность.
Во мне проснулась жажда крови. Хотелось не просто убить этих мерзавцев, а убить жестоко, утопить их в собственной крови, растерзать, наслаждаясь каждым мигом их мучительной смерти за все, что они заставили меня пережить. Видимо, алчный блеск в моих глазах их здорово испугал.
Раненный мной вампир валялся на земле и громко стонал. Глайт справился еще с одним, когда главарь наконец сплел свое заклинание. На нас неслась мерцающая тьмой паутина, и это явно не предвещало ничего хорошего. Я, опьяненная кровью, жаждой и местью, метнулась к паутине, выставив вперед кончик серебряного меча и призывая на помощь одно из немногих известных мне драконьих заклинаний.
Момент для применения забытой магии настал, подсказало мне мое подсознание. Свидетелей все равно не будет, Глайт не в счет.
Я металлическим голосом выкрикивала слова, поворачиваясь вокруг своей оси с бешеной скоростью, кружа ядовитую парализующую паутину на кончике меча. С каждым словом меч светился все ярче, отбрасывая серебряные блики на ошарашенные лица врагов: заклинание вожака, от которого не было способа уклониться, сгорало, как обычная паутина.
– Этого не может быть! – донесся до меня его возглас, прежде чем Глайт снес зазевавшемуся врагу голову.
Бешеное вращение закончилось, после чего чужое заклинание вспыхнуло и рассеялось в темноте снопом серебряных искр. Меч постепенно тускнел, но я успела подрубить одному из вампиров сначала ногу, а потом и голову, прежде чем драконьи чары покинули меня. Восторг и жажда схватки пели внутри, кровь горела огнем, ускоряя темп движений. Один из оставшихся в живых врагов забыл о приказе доставить меня невредимой, видя, что победа окончательно упущена. Он успел нанести мне пару легких ран в грудь и плечо, прежде чем рассыпаться пеплом.
Вот уже лишился головы тот вампир, которому в самом начале схватки я отморозила ухо, потом Глайт добил зажимавшего живот неудачника, которого успела ранить я, и обезглавил предпоследнего бескланника со сломанным носом. Мы быстро оглянулись в поисках новых врагов, но они, судя по всему, закончились.
– Ты не ранена? – Глайт повернулся ко мне, осматривая.
– Нет, только мелкие царапины. Нам пора, зови кангу.
– Хорошо, а ты пока добей этого. – Он показал на тихонько поскуливавшего вампира с распоротым пахом.
Я скептически посмотрела и пожала плечами.
– Пусть валяется. До своих он уже не доберется, истечет кровью и умрет через пару часов. Пусть лучше помучается, подумает о своем поведении.
Глайт нахмурился и сердито покачал головой, затем подошел к раненому и одним ударом снес ему голову. Тихий шелест пепла, и мы остались на поляне вдвоем, окруженные прахом врагов.
– Рэй, что происходит? – Глайт угрожающе навис надо мной, голос его не предвещал ничего хорошего. – С каких пор ты стала такой ненормальной?
– Ненормальной? – Я уперла руки в бока, не убирая, впрочем, меч в ножны. – Тебе ли судить меня, вампир!
– Ты только послушай себя! Рассуждаешь о том, чтобы оставить живое существо мучиться и истекать кровью! Это не ты, в тебя что, демон вселился?
– Очнись, Глайт, это же враг! Один из тех негодяев, которые нападают на нас, убивают и похищают, угрожают тому, за что мы боремся!
– Но это не значит, что мы будем такими же, Рэй! Врага надо добить, а не превращаться в одного из тех маньяков, на которых ты обычно охотишься!
– Это ты ненормальный! Заступаешься за врагов. А может, ты один из них?
