– Ты смешна, девочка! – Мужчина смотрел на меня с недоумением и сомнением, что выводило из себя еще больше.
Странные образы и противоречивые порывы будоражили душу, внутри было очень жарко, в груди было очень холодно.
– Я всего лишь хочу сделать то же, что сделали со мной, – пытаясь унять дрожь в голосе, сказала я. – Разрезать, перебрать внутренности, надругаться, испоганить, осквернить…
Голос сорвался.
– Успокойся, Рэй! Это не ты говоришь сейчас, ты не такая и просто не в себе!
– А может, как раз в себе?! – Я засмеялась, размахивая мечом, рисуя восьмерки легким серебряным лезвием. – Откуда ты знаешь, какая я? Всего лишь меньше человечности, больше холода. Я становлюсь вампиром наконец-то, разве ты не рад, милый? Не этому ли такой опытный и бывалый наследник должен был обучать свою невесту?
Глайт явно хотел выругаться, но сдержался. Вздохнул и посмотрел на меня тем самым взглядом, который послужил началом нашей последней ссоре.
– Я знаю тебя, Рэй. И эти идиотские кровожадные мысли точно не из твоей головы!
– Идиотские? – Лезвие моего меча застыло перед носом Глайта. – Ты меня достал, вампир! И не смей на меня смотреть так!
Я замахнулась, но вампир успел отразить нападение, зазвенели мечи. Мы с Глайтом метались по поляне, выполняя немыслимые удары. Я атаковала, он защищался, все еще глядя на меня, отчего я просто дурела.
– Ненавижу тебя, ненавижу! – В каждую атаку я вкладывала тот ледяной огонь, который сейчас струился по моим венам.
Я хотела его смерти, здесь и сейчас. Забыв о цели, обо всем на свете, даже о том, что когда-то почти позволила себе влюбиться. Нечеловеческая ярость бушевала в груди, кровавая тьма застилала глаза. Вампир понял, что я не шучу, и начал отбиваться в полную силу. Моя рука занемела от того, с какой силой он парировал мои удары, хрип вырывался изо рта всякий раз, как Глайт уклонялся, заставляя меня раскрываться. После очередного невероятного удара мой клинок выскользнул из гудящих пальцев, и широким лезвием своего меча он прижал меня к земле.
– Прекрати! – кричал на меня Глайт, но я извивалась, дергалась и пыталась вырваться, не обращая внимания, что острая кромка оставляет порезы на коже.
Тогда вампир просто отшвырнул меч и схватил меня за руки, пытаясь удержать.
– Не трогай меня! – орала я и уж теперь-то точно могла сказать, что была не в себе. – Не прикасайся, отпусти!
По-моему, он был в шоке.
– Рэй!
– Как ты мне надоел! Почему ты не можешь просто оставить меня в покое! Прекрати на меня смотреть так!
– Думаешь, я хочу на тебя смотреть? – рявкнул он, хорошенько меня встряхнув.
Мои зубы клацнули, бегущие по щекам слезы щекотали кожу.
– После того, что между нами произошло, я не хочу на тебя смотреть, зная, что ты мне ничего не забудешь. Твои прощальные объятия до сих пор горят у меня на груди, причиняя боль. Думаешь, я хочу повторения? – Волшебный низкий голос вампира звучал на весь остров, по-моему. – Но я ничего не могу сделать! Сейчас мы путешествуем вместе, вполне возможно, что после этого я тебя больше никогда не встречу, и я не могу не смотреть на тебя!
Он перестал меня трясти.
– Я просто не могу перестать смотреть на тебя, – уже шепотом повторил он, целуя мои мокрые щеки, осушая слезы. – Прошу тебя, дай мне возможность все исправить. Один раз поддавшись страху, я оттолкнул от себя самую удивительную женщину, которую только встречал. Не понял этого сразу и в итоге проиграл. Прости меня, Рэй.
Моя одеревеневшая от изумления и неверия душа молчала. Тело плохо подчинялось, пережив чудовищный выброс боевых гормонов, и теперь было словно ватным.
– Думаешь, это просто? – прошептала я, а слезы потекли с новой силой, угрожая затопить кровью все окружающее пространство.
– Нет, конечно, нет. – Заботливые руки подняли меня, прижали к груди. – Но я сделаю все. Просто поверь мне в последний раз. Я эгоистичен, вспыльчив и властен, от меня тяжело ждать сопливых нежностей и прочих проявлений чувств, которых обычно ждут романтичные барышни. Но ты нужна мне. Ты нужна мне.
Он словно пробовал непривычные слова на вкус.
– Я больше тебя не обижу и никому не позволю этого сделать.
Хотелось слушать и слушать, засыпая под чарующий голос того, кто волновал меня слишком сильно, чтобы можно было и дальше это отрицать.
– А больше и не надо. – Я встретилась с ним взглядом, подождала минуту и открылась.
Эмпатический дар сработал безукоризненно, показывая застывшему вампиру всю глубину моей боли. Я демонстрировала ему всю гамму чувств, которую испытала в тот миг, когда он оттолкнул меня после нашей первой ночи. Изумление. Неверие. Подозрение. Шок. Боль. Боль. Боль.
Мои эмоции накатывали на него, словно взбесившиеся морские волны, Глайта трясло, но он крепко держал меня за плечи, не отпуская. Я закрыла глаза. Буря закончилась, вместо боли внутри осталась пустота. Тьма.
– Прости…
– Да ладно тебе. – В равнодушном голосе я с трудом узнала свой, а вампир от неожиданности разжал пальцы.
