Рана, нанесенная его неосторожными словами, ныла, накладываясь на старую, более глубокую. Странные мысли роились в голове, даже обида отступила. Возможно, Шаэнниль на самом деле не имел в виду всего того, что наговорил мне в комнате. Просто испуг и удивление, чувство беспомощности перед чарами и последующая мимолетная близость вызвали защитную реакцию, агрессию. После неудачного романа с Глайтом и долгих мучительных переживаний о Линнере у меня выработался какой-то дурацкий комплекс, что трудно полюбить такую, как я. Не красавицу. Не всесильную магичку. Не человека. Вампиршу. Молодую и странную. Неправильную. Вот и приходилось настраивать себя на бесконечно долгую одинокую жизнь, полную неверия и готовности когтями и клыками защищать себя и свои убеждения.
Мы стояли на берегу, вглядываясь в волнующиеся воды бескрайнего Лазурного моря. Ветер шумел в ушах, развевая волосы, вызывал странное чувство тревоги. Я чуть напряглась, когда рядом с нами открылся сияющий светом портал, из которого вышла группа одетых в серо-стальное стражей.
– Приветствуем, наследник! – Все низко поклонились моему спутнику, прижав левую руку к груди.
Шаэнниль кивнул, подзывая меня к себе.
– Она со мной.
– Верховный хранитель ждет вас. – После чего мы попали на земли Экроса.
Слава Небу, перед аудиенцией с правителем арашшасов мне позволили остаться одной, предоставив роскошные покои. Невероятный замок-кристалл цвета вечерней синевы поражал. Древний, невообразимо величественный, выращенный владельцами еще в те далекие времена, когда арашшасы были единоличными повелителями Галисса, он был совершенным произведением искусства, одновременно оставаясь очень гармоничным и естественным творением природы.
Гостевые покои, где меня поселили, включали в себя ванную (больше похожую на бассейн), маленький зал для встреч и спальню. Все выдержано в сине-голубых тонах, разбавленных теплыми золотисто-бежевыми. Ковры, светлая мебель и мелкие предметы интерьера добавляли помещению уюта. Я упала на бескрайнюю гладь легчайшего покрывала и долго лежала, бездумно глядя в загадочно мерцающий кристальный потолок. Надо было заставить себя встать, чтобы привести в порядок и приготовиться к аудиенции с властителем арашшасов, но… Пустота сковывала изнутри, не давая двигаться. Странная апатия обесценивала все мои стремления, мысли, чувства, лишая их смысла. Зачем я пришла сюда? Нужно ли мне все это, или чувство обиды, месть, ярость и то, что держит меня на плаву последние шесть лет, – мелочь, неважная, пустая, глупая…
Пришлось мысленно взять себя за шкирку и хорошенько встряхнуть. В бездну все!
Я пробежалась до бассейна, на ходу выпрыгивая из одежды, плюхнулась в ледяную воду и с воплем выскочила обратно. От подобной шокотерапии апатия с громким криком ретировалась, вернулось мое любимое состояние, которое я называю «здоровая бодрая злость».
После водных процедур я долго рассматривала имеющийся в наличии гардероб, потом вздохнула и надела последнюю чистую рубашку, штаны и корсет, посетовав, что барышням, ведущим такой ненормальный образ жизни, просто не суждено производить положительное впечатление. Не успела я одеться, как в двери вежливо постучали, после чего незнакомый арашшас с молочно-красными крыльями сообщил, что меня уже ждут. Подозрительно вовремя! Надеюсь, они не подсматривали?
Я отправилась вслед за молчаливым арашшасом, стреляя глазами по сторонам. Длинный просторный коридор был погружен в полумрак, мягкий ковер делал наши шаги абсолютно бесшумными. Тут и там в стенах возникали проходы, выпуская очень занятых делами арашшасов, которые сразу же исчезали из поля зрения. Я заметила, что большинство встреченных нами представителей древнего народа были облачены в бледно-голубые одежды, очень плотно покрытые ритуальной вышивкой, так что ткань казалась жесткой и не особо удобной, множество драпировок и складок могли скрывать не одну сотню кинжалов. Почти никто не показывал крыльев, разноцветные прически состояли из одной или нескольких кос, повязанных светлыми лентами того же оттенка, что и одежда. Лишь мой провожатый разительно отличался от остальных черно-синей военной формой, распущенными красно-белыми волосами и роскошным плащом крыльев за спиной. Я открыла было рот, чтобы спросить, почему он так не похож на остальных, но передумала, вспомнив просьбу наставника по возможности не сразу забыть уроки хороших манер.
Во многих углах и естественных изгибах стен росли странные кусты с золотисто-белыми листьями, уходя корнями прямо в твердый кристалл пола, еле ощутимый мятный привкус магии жизни витал в коридорах, проясняя, как же эти растения вообще могли тут существовать. На одном особо раскидистом кусте я даже заметила несколько темных коричневых плодов, но опять ничего не спросила у молчаливого провожатого.
Прекрасного, как выясняется, тоже может быть чересчур много. Когда у меня начало потихоньку сводить зубы от многообразия синевы и золота вокруг, арашшас вывел меня к очередному проходу и остановился.
