— Я шел сюда, думая, что скажу... скажу, что жалею о своем решении, что скучаю, что был не прав. Я часто вспоминал тебя, Гермиона, и все, что было с нами. Рози скучает, я думал ты поймешь — что значит семья. Но сейчас я вижу, что все-таки я был прав. Я почему-то стал помнить только хорошее, а плохое стал забывать, нарочно. Хорошо, что мы встретились. — Ты убедился в своей правоте? В правильности поступка? — только сейчас Гермиона осознала, что подсознательно надеялась, что все пойдет не так, что Рон скажет, что любит и жить не может без нее, что хочет вернуться. Верила еще пять минут назад, пока разговор не зашел об этом долбаном Снейпе! — Если для того, чтобы ты любил меня... — она сглотнула, чтобы не допустить и намека на слезы, — я должна делать только то, что ты считаешь нужным, то да — ты принял верное решение. Меня только удивляет, что зная меня столько лет, ты решил, что я буду поступать не так, как считаю правильным, а... а как считает нужным кто-то другой.
Рон смотрел на нее почти зло, он не стал доедать мясо, отодвинул тарелку, оттер губы салфеткой:
— Дурак я, да, зря беспокоился о тебе. Может быть Снейп пойдет тебе на пользу и ты наконец поймешь, что такое хорошее отношение? А то ты... зажралась. — В тебе говорит злость и обида, ты мне напоминаешь Рози, она тоже, когда злилась на кубики, пыталась ударить меня. Но она уже годам к трем начала понимать, что не надо вымещать зло на других, — она схватила свою сумочку, пальцы дрожали. — И все же я надеюсь, что мы сможем когда-нибудь... понять друг друга. — И даже сейчас она ждала, что он ее остановит, но он демонстративно стал копаться в бумажнике и отсчитывать купюры.
====== 3 ======
Утром в понедельник весь отдел традиционно пил чай с чем-нибудь вкусненьким: каждый приносил что-нибудь из дома, делился с другими. В приятной обстановке обсуждали планы на неделю, решали рабочие вопросы, распределяли задачи. Гермиона дождалась, пока все закончат обмениваться новостями, допьют свой чай, обсудив все, что хотелось.
— Подождите, — она остановила встающих, — еще один вопрос. Даже не вопрос... — хотя она еще вчера придумала, что скажет, но все равно немного волновалась, — да, не вопрос, объявление. Сядьте.
Все расселись снова, тревожно переглядываясь. Гермиона придерживалась демократических принципов в руководстве и крайне редко позволяла себе откровенно начальственный тон.
— Сегодня к нам в отдел придет новый сотрудник.
— Надеюсь, для помощи по моему проекту? — сразу вылез Майкл.
— Нет. Мы будем работать с ним над особым проектом. Пока не могу сказать точнее, подробности будут позднее. Возможно, придется перекроить план работ, но это посмотрим... Так вот, — Гермиона набрала воздуха и сказала как можно спокойнее, — Новый сотрудник это...
— Северус Снейп, — раздалось от двери.
Гермиона с трудом удержала на лице улыбку.
— Да, именно. Позвольте вам представить нашего нового сотрудника, надеюсь, наше сотрудничество…. — она сбилась, — будет взаимовыгодным.
Снейп предсказуемо скривился, подчиненные сидели с таким удивленным видом, что Гермиона почувствовала себя виноватой. А Снейп именно этого и добивался, придя на час раньше означенного срока! Очень ожидаемо!
— Проходите, мистер Снейп, я познакомлю вас с вашими коллегами, — если он рассчитывал выбить ее из колеи, то пусть утрется — ничего у него не выйдет!
После войны новый Министр всячески подчеркивал свое доброе отношение к маглам и носить магловскую одежду стало чем-то вроде новый моды. В отделе Гермионы каждый ходил, кто в чем хотел, чаще делая выбор в пользу магловских марок. В контракте Снейпа пункт про форму расписан не был и Гермионе было интересно, в чем заявится Снейп сегодня, неужели опять в мятой рубашке? Снейп выбрал для первого появления сюртук, копию того, что носил в Хогвартсе — легион пуговиц, высокий воротник, скрывающий шею и заставляющий вздергивать подбородок, белые манжеты, предполагающие, что сам мастер зелий будет руководить и учить, но не работать. Гермиона в который раз удивилась, насколько другим он ей виделся в детстве. От него и сейчас веяло опасной силой, но это не вызывало того неприятного ощущения, как в школе, когда хотелось укрыться от его взгляда, хотя... Это же произошло не сразу, по крайней мере сначала Гермиона отнеслась к нему с уважением и интересом, и только потом, раз за разом получая несправедливые нагоняи, стала менять отношение к профессору: Снейп сделал все, чтобы Гриффиндор в полном составе его ненавидел. Интересно, мог бы он вести себя иначе?
«Тогда это был бы не Снейп», — подумала Гермиона, глядя, как он здоровается с будущими коллегами. Холодно, отстраненно, подчеркнуто вежливо. — «С таким лицом хорошо ходить на похороны, самое оно».
— Давайте знакомиться. Итак, Ромильда Вейн, училась со мной на одном факультете, возможно, вы ее помните? — начала Гермиона. Снейп мотнул головой. Откровенно говоря, узнать в этой пышнотелой красавице худышку Ромильду было крайне сложно.