Юлиана искренне рада, несмотря на то, что пришлось встать посреди глубокой ночи. Оставить под надежной охраной верной няньки и вооруженной стражи теплый спящий комочек по имени Вики. А самой осторожно разомкнуть кольцо рук, подняться, втиснуть себя в легкое, но платье, закутаться в теплую шаль от ночной прохлады. И свободно свесить ее концы, чтобы скрыть то, что домашнее платье уже не скроет.
Если повезет, Юлиана успеет вернуться раньше, чем Вики приснится очередной кошмар. С ней такое всё чаще…
А снов Вики не помнит — будто они при пробуждении куда-то уползают вязкими клочьями стылого, серого тумана. Не помнит — потому что уж ложь и увертки четырехлетнего ребенка Юлиана заметит. Слишком много и часто врала сама. В том числе, будучи чуть старше Виктории.
За темным ночным окном мягко шумит вишневый сад. Маме нравилось его тихое белое цветение, а сейчас там можно обрывать спелые, сочные вишни. Вики их любит…
— Что случилось с Арабеллой Вальданэ?
Откровенность не то чтобы всегда нравилась Юлиане, но иногда нет выбора.
— Ее втравили в заговор те же самые люди, что сейчас пытаются интриговать против меня за моей спиной. Или знакомые тех же самых людей. Евгений хотел отправить юную герцогиню Арабеллу Вальданэ в Эвитан. Точнее, в ваш Тенмар. Или девушку следует уже называть герцогиней Ильдани? Возможно, герцог Грегори успел с ней обвенчаться. Я так и не смогла до конца это понять из ее молчания, — закинула удочку Юлиана.
— Собирался отправить. Но не отправил? — не клюнул Анри Тенмар на менее важные сведения.
От вина он тоже отказался, даже от разбавленного, хоть и с дороги. Не верит Юлиане или просто не привык пить с врагами? И пока еще не решил, враг она ему или нет.
— Вики прямо из императорского дворца похитили хорошо знакомые нам всем змеиные жрецы и потребовали обменять на Арабеллу. Принцесса за принцессу, если вы понимаете их действия. Для обмена они требовали доставить Арабеллу в бывший особняк Зордесов посреди столицы. В противном случае они убили бы Вики. Маршал, верьте: Эжен… Евгений пытался спасти всех. Вики жива. Арабелла, Евгений и Витольд Тервилль исчезли из особняка без следа. Сам особняк Зордесов обрушился. Там, в развалинах, нашли много мертвых тел змеиных жрецов. И не обнаружили ни Евгения, ни ваших друзей. Будто их там никогда и не было.
Стоит ли сказать сейчас о беременности Арабеллы? Нет. Пока незачем. Да, ее будущий ребенок имеет больше прав на Эвитан, чем Виктор Вальданэ, самый «Великий» в подлунном мире. Да, будущее дитя принцессы Арабеллы — важный козырь в игре престолов и корон. Вдруг маршал Анри Тенмар всё же дойдет до этой мысли?
Но Арабелла Вальданэ могла и в самом деле погибнуть, могла потерять ребенка.
Если найдется — расскажет обо всём сама.
Если они все найдутся…
Всё меньше надежды. Евгений уже давно дал бы понять, что жив. Он известил бы Юлиану обязательно. Тайно, но известил. У них довольно общего прошлого, чтобы передать лишь то, что поймет она одна.
Если, конечно… Эжен не услышал о ее коронации и не решил, что доверять нелюбимой жене больше нельзя.
— Что находилось в этом рухнувшем старинном особняке прежде? Кто там жил?
— Там тридцать с лишним лет назад по приказу Иоанна Кантизина перебили десятки родичей прежней династии Зордесов, — Юлиана ответила быстрее, чем успела подумать.
Вопрос от маршала Тенмара ее даже не удивил, а в мыслях проскочило что-то то ли забытое, то ли стертое в памяти: призрачный круг в тумане — не теней, но живых. И лица, с десяток лиц… одно из них — Анри Тенмара. Второе… Элгэ Илладэн?
Проскочило — и ушло. Не задержалось в памяти опять. Сон?
— Еще до Зордесов?
Маршал Анри Тенмар — не монах, не мистик и не жрец. Даже не банджарон, хоть среди его предков они запросто были.
Но он — воин, полководец, стратег. И последний, кто должен что-то такое нереальное и неземное выспрашивать.
Но Юлиане больше некому задать подобный вопрос и дать такой ответ. Евгений не видел странных снов. Или просто не счел нужным признаться ей. Как и во многом другом.
— До Зордесов примерно сто двадцать лет назад на этом месте находился родовой замок моих предков по материнской линии — патрикиев и герцогов Флоресов. Пока они не потеряли в свое время фавор при императоре и не удалились в тень лет на пятьдесят.
Им еще повезло. В те времена еще не вырезали целыми семьями. И даже поголовно не слепили и не запирали по удаленным монастырям. Просто высылали на поколение-другое в далекую глушь. Скот пасти, охотиться, с крестьянками развлекаться.
— Чьими потомками они были?
— Если верить семейным преданиям, то (опять же, по женской линии) потомками ванакта Анатора Второго, правившего полторы тысячи лет назад Северной Итаной.
Занимавшей примерно одну пятую нынешней Мидантии. Самое крупное государство из полусотни тогда существовавших на ее территории. И самое могущественное.
