В конце моста, прямо у массивных золоченых ворот, ведущих во дворец, стояла шеренга стражников в синих плащах. У Аны засосало под ложечкой, и она вжалась в сиденье. Она обвела взглядом очередь из карет и увидела что-то такое, от чего ее сердце чуть не остановилось.
В десяти шагах, у края моста, стояли Садов и егерь с кировского Винтрмахта. Они, как ястребы, следили за движущейся процессией.
Как будто почувствовав ее взгляд, егерь резко повернул голову в сторону Аны. Он ее нашел.
Егерь что-то прошептал Садову и двинулся к карете Аны. На нее опустилось знакомое давление, и ощущение чужой крови погасло, как свеча. Ана знала, было уже слишком поздно.
Она распахнула дверь и спрыгнула на брусчатку. Вокруг слышались крики, топот сапог по мосту и лязг вынимаемых из ножен мечей. Чьи-то руки крепко схватили ее. Ану потащили назад и прижали к ограде моста.
Она машинально потянулась за своей силой родства, чтобы избавиться от удерживающих ее солдат, но ее ожидала непробиваемая стена, возведенная егерем.
Ана подняла голову. И встретилась взглядом с Садовым.
– Ах, – мягко произнес он. – Я тебя ждал.
Ана снова попыталась призвать силу родства, но стену было невозможно сдвинуть.
Стоящий рядом с Садовым егерь прищурил глаза. Она попалась прямо в расставленную ими ловушку. Линн. Ана бросила взгляд на вереницу карет, медленно движущихся по мосту и исчезающих в воротах дворца. Либо карета Линн уже была внутри, либо все еще ждала в очереди перед мостом. Во втором случае у нее было полно времени, чтобы сбежать.
По крайней мере, Линн будет в безопасности.
– Отпустите меня, – рычала Ана на стражников, пытаясь вывернуться из их рук. – Я кронпринцесса. И я требую аудиенции с братом.
У некоторых стражников округлились глаза, но тут выступил вперед Садов.
– Я знал, что ты вернешься, – протянул он, чтобы все услышали. – Ты вернешься, чтобы закончить начатое: убить своего брата так же, как и отца.
– Нет! – вскричала Ана, бросаясь на него. Давление на ее разум увеличилось, и она осела на землю.
Глаза Садова оставались холодными.
– Мой егерь опознал тебя как опасного аффинита. Тебя нужно усмирить.
Из складок плаща он достал хорошо знакомый ей пузырек и поднял его в воздух, как будто собирался произнести тост. Божевосх мелькнул в сияющем свете факелов.
Стражники крепко прижимали Ану к ограде моста. Под ней пенился и бушевал Хвост Тигра.
Выхода не было – если только она не сможет оказаться достаточно далеко от егеря, чтобы вернуть себе силу родства. Ана посмотрела на солдат, окружающих ее со всех сторон. Она напрасно попыталась установить связь с кровью своих захватчиков. Садов подошел к ней ближе и взял за подбородок. Его ногти вонзились в щеки, и Ана знала, что произойдет дальше, еще до того, как он пронзил ее своим черным взглядом…
Первая волна страха, вызванного Садовым, нахлынула на нее и выбила из головы все здравые мысли. Ноги Аны подкосились. Ее тело онемело; она обмякла в руках стражников, хватая ртом воздух. Перед глазами вращались мокрые камни брусчатки.
– Отпустите ее, – как сквозь пелену услышала она приказ Садова. Они отпустили ее и отступили на шаг назад. Ана тяжело опустилась на землю. Ее трясло, из глаз лились слезы.
– Я контролирую ее.
Между приливами волн страха Ана держалась за одну мысль. Скорее даже чувство, инстинкт, кричащий из воспоминаний. Десять лет назад.
Отсюда был только один выход.
Корчась в очередном приступе страха, Ана согнулась пополам и зажала рот рукой.
– Иди сюда, мой маленький монстр, – напевал Садов. – Будь паинькой, слушайся меня. Выпей божевосх, и мы отведем тебя к будущей императрице. Она хочет стать твоим союзником, а не врагом.
Ее тело дрожало, но Ана ухватилась за ограду моста и помогла себе встать. Перила упирались ей в поясницу, и она оперлась на них. Волосы липли к потному лицу. Сила родства Садова давила на нее, и она вспомнила о своих кошмарах, как падала с моста в Хвост Тигра. Образы беспощадных пенящихся водоворотов заполонили ее сознание, а вспомнив, как ее швыряло в бурлящих водах, она закрыла глаза.
Я боюсь.
И тогда она услышала голос Линн, пронзающий оболочку ужаса. Страх помогает нам решиться быть смелыми.
Ана так плакала, что казалось, она вот-вот сломается. Ее руки крепче сжали перила.
Переместив вес своего тела назад, она перевернулась через ограду моста Катерьянны и полетела в ледяные глубины Хвоста Тигра.
Когда Рамсон увидел, как она падает, он стоял у уличного фонаря на речной набережной рядом с мостом Катерьянны и ждал сигнала Тециева, означающего, что ему можно войти во дворец.
Принцесса Анастасия остановит Морганью, говорил алхимик. И мы должны найти ее прежде, чем это сделают люди Морганьи.
Но люди Морганьи опередили их.
