– За девушкой, которая не боится давать мне отпор, грозится утопить меня в моей собственной крови, намного сильнее многих знакомых мне людей, но всегда ото всех прячет свои улыбки и слезы.
– Тогда скажи мне, – Ана подняла взгляд. – Ты бы убил Луку, если бы тебе представилась такая возможность?
Рамсон растерялся. С его волос стекала вода, оставляя мокрые следы на шее.
– Я не знаю.
Ана отстранилась. Он спас ее – она была обязана ему жизнью. Но разве это оправдывало все преступления, которые он совершал ранее?
«Наш выбор», – шептал Лука, и Ана увидела свое отражение в затуманенных карих глазах Рамсона. Она убивала; она пытала – но разве она не хотела бы еще одного шанса? Разве она не желала, упорно и отчаянно, чтобы, несмотря на все ее злодеяния, на всех убитых людей, у нее был выбор, кем стать?
В ее голове крутился вихрь эмоций. Она не знала, что делать. Но мороз сковывал ее, а время утекало сквозь пальцы. Скоро начнется коронация. Ей пора. Ей нужно сделать выбор.
– Один друг сказал мне, что во всем есть светлая и темная сторона, – неожиданно для себя сказала Ана. – И мир не безнадежен, пока в нем существует добро. Надеюсь, в тебе его достаточно, Рамсон.
Она отвернулась и услышала, как он выдохнул. Ана посмотрела назад, прикидывая расстояние до моста Катерьянны. За ними начиналась северная тайга – ее темная громада заслоняла звезды.
Ана знала это место.
– Впереди есть вход в подземелья, – тихо сказа-ла она.
Рамсон покачал головой.
– Он будет закрыт. Поверь мне, я тщательно изучал планы дворца.
– Этот – не будет.
Ана брела по снегу, ее дыхание клубилось в морозном воздухе. Они шли вдоль края берега. Хвост Тигра был так близко, что если нога соскользнет, то ужасающих объятий реки не избежать. Берег круто поднимался к основанию крепостной стены. Ана благодарила богов, что они были достаточно далеко от позиций лучников, которые стреляли во всех приближающихся к стене.
От холода было тяжело и сложно дышать. С ее волос и платья стекала вода. Ану била такая сильная дрожь, что говорить было невозможно.
Рамсон, казалось, тоже понимал всю опасность их положения. Слишком много времени на морозе после купания в ледяной воде – температура их тел могла опуститься до отметки, при которой все системы перестают функционировать. Когда он заговорил, в голосе его не было привычных шутливых ноток.
– Нам еще далеко?
– Почти пришли, – шепотом ответила Ана.
И – наконец. Ана заметила узкую трещину, бегущую по дворцовой стене. Она была достаточно крупной, чтобы ее можно было разглядеть с небольшого расстояния, но в целом незаметной. Кто-то сделал ее много лет назад.
Что означало… проход в замок был…
Прямо здесь, под ними.
Ана пригнулась к земле, ощупывая край берега. Как она и ожидала, над пенящимися волнами, наполовину погруженная в воды Хвоста Тигра, зияла трещина.
– Гениально, – сказал Рамсон. Он стоял на коленях и осматривал вход в тоннель. – Человек, спроектировавший этот маршрут эвакуации, считал членов императорской семьи отличными пловцами.
– Это не маршрут эвакуации. Сотни лет назад, когда в подземельях проходили казни, тоннель использовался, чтобы сбрасывать тела в реку.
– Я и не знал, что принцессы прекрасно осведомлены, какими именно путями в их дворцах избавляются от отходов.
– Не осведомлены, – в ее памяти всплыло морщинистое лицо Маркова. – Когда меня арестовали за убийство папы, один из охранников помог мне сбежать. Для меня это был единственный выход из подземелий.
Что-то промелькнуло во взгляде Рамсона – жалость? сочувствие? – но в следующую же секунду исчезло. Он протянул ей руки.
– В этот раз я тебе помогу.
Ана взялась за склон речного берега и впилась пальцами в замерзшую грязь.
– Сама справлюсь, – пробурчала она и исчезла внизу.
Около секунды она свисала с края берега, над рекой. В ушах, пугающе близко, ревели волны. Ее ноги коснулись твердой поверхности, и, сделав усилие, Ана качнулась вперед. Когда ступни опустились на влажный камень, Ана стала искать, за что ухватиться.
И вот она уже оказалась в тоннеле и держалась за выемку в наклонной стене. Сердце билось так часто, что Ане показалось, ее сейчас вырвет.
Через несколько секунд в тоннель впрыгнул Рамсон. Он врезался в стену рядом с ней и выругался.
Тоннель под наклоном поднимался вверх, и Ана подумала о трупах, которые скатывались сверху прямо в воды реки. Предполагалось, что этот путь будет вести из дворца, а не служить входом.
Ана нашаривала руками уступы и поднималась вверх по тоннелю.
Холод сильнее сковывал ее тело. Мышцы, казалось, окаменевали. Не раз ее рука соскальзывала, и она съезжала вниз. И каждый раз с ужасом думала, что вот-вот сорвется и упадет обратно в реку.
– Перестань кидать грязь мне в лицо, – послышался шепот снизу.
Ана сжала челюсти.
– Помнишь мои угрозы насчет смерти?
– Очаровательно. Я собирался поступить как настоящий джентльмен и сказать, что поймаю тебя, если ты будешь падать.
– А я собиралась поступить как настоящая леди и сказать, что убью тебя, если услышу еще хоть одно слово.
