В его груди сжимался болезненный ком, одновременно и горячий, и холодный, грозящий разорвать его. Под его руками Ана оставалась неподвижной, глаза закрыты, а губы плотно сжаты.
Восемь, девять, десять.
Рамсон приблизил к ней свое лицо, приоткрыл ей рот. Один, два вдоха. Сквозь белый туман паники в голове начинал пробиваться жестокий голос логики, и он отчаянно пытался уловить движение ее грудной клетки.
Она закашлялась, потом сплюнула воду. Когда она открыла глаза, мир снова пришел в движение. Она перекатилась на бок, и ее вырвало в снег, а он потянулся к ней. И когда ее неистовый кашель стих до шумных вздохов, она взял ее на руки и крепко прижал к себе. Она обняла его в ответ, и в этот момент Рамсон понял, что все это время именно он нуждался в спасении.
По его щекам катились теплые слезы, и он спрятал лицо у нее на плече. И в ее объятьях Рамсон наконец-то понял, что имел в виду отец, когда говорил, что любовь – это слабость.
Ана была словно во сне. Рамсон обнимал ее, его фигура серебрилась в лунном свете, а руки были обвиты вокруг нее так, как будто он никогда не собирался отпускать ее. Ана прижалась к нему, и их сердца, разделенные только тканью одежды, бились в унисон.
И… она чувствовала, как холод сковывает тело, как вода стекает с волос Рамсона ей на шею, как на его коже появляются мурашки, когда она прижимается к нему щекой. Шум в ушах медленно нарастал.
Постепенно, с каждым вдохом холодного воздуха, она возвращалась в реальный мир. На земле лежал нетронутый снег. Перед ними бежала вдаль река. За ними возвышались стены замка. Течением их унесло к месту за стенами замка, куда нельзя попасть иначе, как переплыв реку.
Ана резко вздохнула и оттолкнула Рамсона. Он упал на спину, кашлянул, но не отвел от нее глаз. Плоским голосом он сказал:
– Я думал, ты умерла.
– Я думала, ты умер, – выдавила она, уставившись на него. – Садов сказал – Керлан…
И тут она наконец в полной мере осознала, что он сделал, точнее, что он собирался сделать. Орден Ландыша. Попытка убить Луку.
– Прежде чем ты что-то скажешь, – тихо начал Рамсон, – учти, что я все знаю, Кольст принцесса.
– Как и я.
Она схватила его левое запястье, где была татуировка, изображающая изогнутый стебель с тремя маленькими цветочками. Рамсон вздрогнул. Ана посмотрела ему прямо в глаза.
– Я знаю, что ты работал с Керланом. И что он послал тебя убить моего брата. Поэтому объясни мне, почему я не должна сейчас же сбросить тебя обратно в реку.
Ее трясло, рук и ног она не чувствовала от холода. Нужно было спешить, но прежде всего ей нужно было знать.
Рамсона тоже разбирала дрожь, но он улыбнулся одними уголками рта.
– Потому что я попросту выплыву обратно на берег.
Рамсон вывернул руку, хватая Ану за запястье. Он поднял на нее глаза, и взгляд его был полон сомнения и надежды. Ресницы слиплись от воды.
– Я знаю, что в прошлом делал ужасные вещи Ана. Я связался не с теми людьми. И с тех пор я двигался не в том направлении.
Он сглотнул, и на шее его дернулся кадык. Он провел большим пальцем по тыльной стороне запястья Аны.
– Но потом я встретил девушку, и она сказала мне, что нас определяет наш выбор. И я… я хочу сделать правильный выбор. Если еще не слишком поздно.
Ана не знала, что ответить. Вдруг это очередная ловушка? Она думала, что увидела в нем мальчика, которым когда-то был Рамсон, когда он стоял рядом с ней под первым зимним снегом. Но, быть может, это тоже было ложью.
Ана отдернула руку и встала на ноги. Река унесла их довольно далеко. Подобно забытым звездам, мерцали факелы на мосту Катерьянны. Она едва могла различить столпившихся там людей – они были меньше ноготка. Ана была рада, что над ними нависают стены крепости, укрывая их в тени.
– Мне пора, Рамсон.
– Я пойду с тобой.
– Нет, – сказала Ана, медленно, шаг за шагом, удаляясь. Ее сковывал холод. Платье оттягивала вода, грозившаяся в скором времени превратиться в лед.
– Ана. Кольст принцесса, – поправил себя Рамсон.
Он взял ее за руки и перегородил путь. Очень серьезно он сказал:
– Я вернулся не за принцессой. Я вернулся за девушкой, которую встретил в тюрьме строгого режима. Она прыгнула со мной с водопада, сражалась плечом к плечу последние несколько недель.
Ана застыла, а он протянул руку и положил ладонь ей на щеку.
