— Все нормально, — сказал он, наклонившись и поцеловав ее. — Хорошо поделиться этим с кем-то. Я никому не рассказывал настоящую историю… а что до смерти моей мамэн, я не знаю, кто из них это сделал. — Бун резко рассмеялся. — Зная моего отца, возможно, он отказался сам пачкать руки. И, алло, Марквист всегда ловко управлялся с ножом. Ты бы видела, как он нарезает мясо… хотя, больше он на кухне не покажется, это в прошлом.
— Ты можешь что-то сделать с этим? Бутч способен помочь?
— Это произошло двадцать лет назад, все, что у меня есть — это мои подозрения. К тому же, сейчас я заинтересованная сторона, потому что отец вычеркнул меня из завещания в пользу Марквиста. Если он связан с убийством моей мамэн? Думаю, он будет лишен унаследованных активов, потому что она была шеллан моего отца, то стала бы правопреемницей… и я был бы ее единственным наследником.
— Но если твои предположения верны, то Марквист останется безнаказанным и даже получит наследство.
Бун какое-то время обдумывал эту мысль. Но потом сосредоточился на Элании.
— Что ж, значит бывший дворецкий может похлопать сам себя по плечу и наслаждаться свалившимся богатством. Я не стану оглядываться назад, надо смотреть только вперед.
И сказав это, он осознал… что на самом деле хотел, чтобы она оказалась беременна.
Он хотел начать жизнь с чистого листа. С Эланией и их малышом.
И он хотел сделать все правильно, как было у ее родителей.
Когда дверь в палату открылась, Син, сидевший на больничной койке, поднял голову. Увидев вошедших, он выругался и уставился в пол. Кого угодно, он предпочел бы кого угодно, и, без сомнений, именно поэтому Братья выбрали этого мужчину.
И, вот неожиданность, Кор, лидер Шайки Ублюдков, пришел не один, за ним следовал Вишес, и когда они вошли, Брат закрыл дверь и запер на замок.
— Значит, они отправили тебя, — пробормотал Син.
Кор сел на один из стульев возле стены, его огромное тело полностью заняло предмет мебели. Мужчина недавно побрился налысо, и в отсутствие волос на голове его шея выглядела еще мощнее, плечи и грудь — шире. В своем стиле, он не улыбался, с заячьей губой его лицо обретало рычащее выражение. На самом деле, это всего лишь врожденное уродство.
Или парень действительно был зол.
— Я бы и сам пришел, — сказал Кор тихо.
Акцент Старого Света, похожий на акцент Сина, напомнил ему о долгих годах, проведенных бок о бок. В сражении, выживании… злости на судьбу. Но Кор изменил свою жизнь. Сейчас он состоял в счастливом браке, у него были пасынок и падчерица.
Кто бы мог представить такое, подумал Син, смотря в глаза своего наставника, своего лидера… своего друга.
На него был обращен ровный взгляд, безэмоциональный, он словно бил наотмашь, и Син намеренно игнорировал этот удар. Как бы ненавистно не было это признавать, сейчас они оказались по разные стороны баррикад, и это беспокоило его.
Кор посмотрел на Вишеса.
— Можешь нас оставить?
Брат покачал головой и поднял телефон.
— Нет, и я веду запись.
— Какой официоз, — пробормотал Син.
— Это официально. — Кор откликнулся на спинку стула, от его веса пластик и метал скрипнул. — Женщина убита.
— Разве не две?
— Ты этим хвастаешься?
— Нет, просто исправляю неточность для записи, ведь мы здесь не шутки шутим. — Син кивнул на Брата, стоящего возле двери подобно конвоиру.
Повисла долгая пауза, и тот факт, что их лидер, как и все остальные, действовал исходя из уверенности, что именно он совершил убийства, казался вполне обоснованным. Настоящее судят по прошлым делам, а его действия говорят за себя.
Точнее его трупы говорили за него.
Спустя паузу, Кор сказал:
— Ты же не оставляешь после себя трупы. Обычно их никто не находит, ну или по прошествии долгого времени. И опознать невозможно.
— Ты будто бы разочарован во мне.
— Так было бы намного проще, — сухо пробормотал мужчина.
Син вскинул брови.
— Но мертвая женщина останется мертвой. И вторая тоже. Плак-плак.
— Значит, ты признаешь вину?
— Что будет, если признаю?
— Ты знаешь ответ.
Вспоминая, как Брат Бутч приставил пистолет к его виску, Син улыбнулся.
— Меня это устроит. Исполним приговор сейчас или дождемся ночи, чтобы вывести меня в лес, избавив тем самым додженов от лишней работы?
Кор начал притоптывать ногой по кафелю на полу.
— Твой цикл сокращается. Восемь месяцев. Шесть дней. Прошлая ночь с тем человеком в переулке. Быстро продвигаешься.
— Ну так закончим сейчас. — Син кивнул на пистолет на бедре Ви. — Он исполнит приговор. Или, если хочешь, сделай это сам.
Брат Вишес нахмурился, татуировка на его виске исказилась.
— Я все еще не услышал признания в убийстве женщин.
Закрыв глаза, Син вспомнил ночь в клубе… женщину в парике и бюстье, ее груди и губы. Он помнил, как следил за ней в толпе, как ее толкнули, и завязался спор. Потом она подошла к нему, заигрывала с ним, пока он не подхватил ее и не притащил в подвал. Прижал к двери, трахнул. Дверь распахнулась, и они свалились в складское помещение.
Его монстр заёрзал под кожей. Потянулся. Просился наружу.
