Полукровка стиснула зубы, предаваясь ожесточенной внутренней борьбе с собой. Сказать, что отчет со всеми его деталями и стилистикой "Аргонианской девы" писала Альга, значит признаться в собственном вранье и вдобавок выставить не в лучшем свете данмерку. Едва ли ее ждет за подобное выговор, но все же рисковать не стоило, хотя крик о своей невиновности в таком непотребстве так и рвался наружу.
Тем временем на столе осталось заметно меньше костей, и Спикер, сложив кисти в банку, стащил перчатки и направился к расположенному в конце лаборатории рукомойнику.
— Завтра закончу, идём.
Терис поспешно докрасила берцовую кость и осторожно положила ее рядом с большей частью скелета. Пустые глазницы Харберта смотрели так же равнодушно, как и у других скелетов, и чувство вины больше не просыпалось, только продолжали гореть со стыда уши.
— Спикер, простите, что так вышло, — сняв перепачканные в эмали перчатки, убийца подставила руки под холодную воду, — Я хотела, чтобы наверняка...
— Не стоит, в итоге все вышло очень убедительно. Харберт действительно вышел из себя, Банус Алор под впечатлением, Харберт больше не помешает, в убежище будет свой скелет. Очива давно просила, так что считай, что ты всем сделала подарок, — Спикер протянул ей полотенце и направился к выходу, — Идем, у меня есть для тебя работа.
Несмотря на спокойный и даже потеплевший тон начальства, ноги у Терис стали ватными, а где-то в душе поселилось предчувствие очередного подвоха, на которые ее судьба никогда не скупилась. Тем не менее, после затянувшегося мытья и без того чистых рук пришлось вытащить из-под лавки сумку и побрести в освещенный огнем жаровни кабинет.
— Садись, контракт на столе рядом с креслом, — донеслось со стороны письменного стола, когда Терис переступила порог.
Запечатанный в конверт контракт желтел на небольшом столе, стоявшем между
кресел у колонны, и пугал своей толщиной. Опасливо косясь на него, Терис медленно выложила из сумки старательно упакованную Телендрил еду, старательно расставила рядком и, когда переставлять больше было нечего, села в кресло и надломила печать.
Шесть сложенных вчетверо листов бумаги упали на колени, и взгляд побежал по идеально ровным строчкам.
"...пятеро гостей по условиям игры должны провести пять дней в запертом поместье в лесу недалеко от Скинграда...", "...под видом шестого гостя завоевать доверие...", "убивать по одному...", "не быть раскрытым до самого конца...", "...по возможности стравить друг с другом...", "...не брать оружия..."
— Он ненормальный... — выдохнула Терис, когда список условий подошел к концу.
— Он очень хочет отомстить, не более того, — Спикер спокойно раскладывал на столе бумаги, и пара скомканных листов отправилась в жаровню, где тут же вспыхнула ярким пламенем и рассыпалась искрами.
Убийца стиснула зубы и заставила себя дрожащими пальцами развернуть остальные листы, исписанных уже почерком заказчика.
"Матильда Петит, бретонка, 60 лет, незамужняя...дворянка...гордится происхождением, высокомерна, заносчива, корыстна, религиозна..."
"Невилль...редгард, 67 лет, легионер в отставке...подозрителен, имеет опыт...35 лет в Легионе...физически силен".
"Примо Антониус, дворянин, единственный сын судьи... имперец, 23 года, богат и избалован жизнью в роскоши, владеет оружием..."
"Довеси Дран, данмерка, 30 лет...корыстна, лишена моральных устоев..." — здесь ровный почерк заказчика сбился, — "последняя шлюха..."
"Нельс Порочный, норд, 37 лет...много пьет, имеет проблемы с законом...склонен к агрессии, физически силен"...
— И мне их всех убивать?.. — адресованный не то Спикеру, не то самой себе, вопрос прозвучал настолько жалобно, что Терис стало неловко. Ответственное и сложное задание, о котором она мечтала, требующее много усилий...и все бы хорошо, если бы не требование втереться в доверие и притвориться одной из них.
— Всех. Уверен, у тебя это прекрасно получится, — предельная искренность в голосе Лашанса вызвала желание приложиться затылком к колонне, но от этого движения надежно хранила высокая спинка кресла, и Терис ограничилась тихим воем.
— И кем я там буду?..
— У тебя богатая фантазия, придумаешь. Главное выглядеть прилично и не вызывать подозрений. Никаких синяков, царапин, сломанных ногтей и того, что у тебя обычно на голове.
— И платье?.. — Терис подняла взгляд, и ее тон выдал всю глубину накрывшей ее безысходности.
— Само собой, — Спикер так же невозмутимо кивнул, — Но только не малиновое. Девица легкого поведения там уже есть, вторая ни к чему. Не стоит превращать дом клиента в бордель.
Платье, придумать себе историю, которая оправдает мозоли на руках и многочисленные шрамы, некоторые из которых неизбежно будут заметны. Полбеды, можно справиться. Тяжелое детство, пьющий отец, избивавший ее, работа... Но вот присутствие среди гостей бывшего легионера рушило все надежды не вызвать подозрений.
— Туда бы Мари... — прозвучала вслух пришедшая в голову мысль, когда вспомнилась идеально гладкая кожа белокурой бретонки, старательно выводившей каждый шрам и царапину, — Она красивая, может нравиться людям...