— Название этих ворот много раз изменялось за прошедшие века, — ответил Рун, обеспокоенный тем, как бы поскорее увести их с улицы, пока они не привлекли к себе внимания. — Уверяю вас, что внутри вы будете чувствовать себя в полной безопасности. Эти ворота освященные, и стригои не могут переступить их порог.
— Не только они внушают мне беспокойство. — На всякий случай Джордан отошел чуть в сторону, на более удобную позицию. — Если Эрин не пойдет внутрь, я тоже не пойду.
Женщина в конце концов сделала шаг вперед, положила руку на шершавую поверхность камня в проеме и сразу почувствовала, что ее сердце забилось чаще. Судя по жадному блеску ее глаз, причиной учащенного сердцебиения был не страх, а неудержимое, страстное желание.
— Это же живая история. — Эрин выразительно посмотрела на Джордана. — Как же я могу
Джордан вслед за Эрин шагнул за темный порог и с трудом протиснулся боком через вход. Все предстоящее его не радовало, но он подозревал, что вопрос, входить ли им внутрь или не входить, был уже однозначно решен без учета их мнения. Стоун припомнил слова, произнесенные падре Амбросе:
Ясно, что это скорее обязанность, чем приглашение.
Последним вошел Корца, закрыв за собой дверь. Непроглядная душная тьма окутала всю группу. Дышать в темноте было труднее. Джордан протянул руку и снова сжал руку Эрин. Она в ответ крепко, с чувством благодарности пожала его пальцы.
Сначала послышался знакомый скрежещущий звук, потом слабый
Этот сангвинист взял с небольшой деревянной полки, висящей возле двери, свечу и передал ее Эрин. После чего Джордан тоже получил свечу, которую сам зажег. В сухом пыльном воздухе распространился запах дыма и воска, однако слабый свет свечей проникал недалеко.
Не говоря ни слова и практически не нуждаясь в свете, остальные сангвинисты дружно повернули и пошли по круто спускающемуся вниз туннелю. Джордана не пугало очередное подземное путешествие; Эрин шла за сангвинистами, а он двигался следом за нею — такой строй он посчитал более безопасным.
Даже при свете свечи Джордан с трудом различал, куда и мимо чего они идут. Кругом были лишь гладкие камни. Он чуть приотстал, для того чтобы видеть всех сопровождающих их сангвинистов, хотя и понимал, что сможет сделать очень немногое, если дело вдруг примет дурной оборот.
Корца, похоже, понял, что его тревожит, и, протиснувшись сквозь группу сопровождающих, пристроился позади него.
Эрин тем временем переместилась на несколько шагов вперед, прикрывая пламя свечи сложенной в чашечку ладонью. Она с такой быстротой вертела головой по сторонам, что Джордан опасался, как бы она не упала от головокружения. Для Эрин это было не чем иным, как переходом из настоящего времени в историю. А для Джордана — переход по минному полю, где каждый неосторожный шаг может привести к гибели обоих.
Стоун всеми силами старался запомнить дорогу, по которой их вели. Переход, казалось, уходил под углом вниз в северо-западном направлении, но твердой уверенности в этом у него не было. Тем более что он не знал наземного расположения города и, соответственно, совершенно не представлял себе, куда их могут вести. Единственно, на что он мог положиться, так это на его армейские навыки, подсчет шагов и запоминание пересечений с другими подземными переходами — все это помогало ему построить в голове примерную трехмерную карту. Худо-бедно, но это может помочь им найти обратную дорогу.
Наконец туннель закончился и они остановились перед массивной деревянной дверью, установленной на мощных железных петлях. Она, по крайней мере, открывалась без кровопускания сангвинистов — для этого достаточно было большого витиеватого ключа, которым ловко поигрывал Амбросе.
— Так это здесь мы встретимся с кардиналом? — спросила Эрин.
Падре Амбросе внимательно оглядел женщину сверху донизу, его губы скривились от испытываемого им отвращения, когда его взгляд задержался на ее раненой ноге и разорванных джинсах.
— Это выглядело бы не совсем пристойно, приветствовать Его Высокопреосвященство в вашем нынешнем виде.
Джордан закатил глаза. Пока что единственным, что этот недавно встреченный ими поп сделал для него, было то, что он оказался
Опустив голову, Стоун смотрел на свою грязную, запятнанную кровью одежду. Эрин выглядела чуть лучше, а Корца был похож на жертву стихийного бедствия.
— У нас была тяжелая ночь, — извиняющимся тоном произнес Джордан.
