Когда Леопольд вел их по лестницам, Джордан не отходил от нее дальше чем на шаг, поддерживал ее, держа за запястье, при этом задерживая ее руку в своей дольше, чем требовалось.
Наклонившись к ее уху так близко, что она чувствовала на щеке его горячее дыхание, он спросил:
– В том, о чем они там говорили, есть что-либо, о чем мне надо знать?
Разумеется, ее показное невнимание к их разговору не могло быть воспринято им всерьез – Джордан ясно видел, что она вслушивается в их разговор. Эрин усиленно подыскивала слова для ответа, что было весьма затруднительно, поскольку ее сознание в это время переполняло ощущение его близости и практически все ее усилия были сосредоточены на том, чтобы не позволить своему телу преодолеть этот последний разделяющий их дюйм.
Перед тем как ответить, ей пришлось мысленно повторить его вопрос.
– Ничего важного. Он просто ввел их в курс дела.
– Ты тоже держи меня в курсе дела, – прошептал он ей на ухо.
Она, подняв голову, посмотрела в его глаза, потом перевела взгляд на его губы, вспомнила, как они там, в Иерусалиме, приникали к ее губам.
– Доктор Грейнджер? – окликнул ее Рун, стоявший на верхней ступеньке лестницы. – Сержант Стоун?
Тяжело дыша – и не только из-за крутого подъема, – Эрин поспешила вслед за сангвинистами.
Оказавшись на открытом воздухе, она почувствовала, что ночью стало еще холоднее, к тому же туман вокруг сгустился. Она с трудом различала очертания их «Мерседеса».
Когда они обошли машину, Джордан присвистнул от удивления.
Три черных мотоцикла с красными выхлопными трубами стояли перед ними на влажной траве. На Эрин они не произвели особого впечатления, но Джордан был просто поражен.
– «Дукати Стритфайтер», – задыхаясь от восторга, произнес он. – С магниевыми ободами и угольными глушителями в выхлопных трубах. Здорово! А быть попами, оказывается, не так уж и плохо.
Эрин смотрела на мотоциклы с более практичной точки зрения, сравнивая число пассажиров с числом машин.
– Кто с кем едет?
Надия, чуть приподняв уголки губ в едва уловимой улыбке, которую смогла сохранить с тех далеких времен, когда была человеком, сказала:
– С точки зрения равномерного распределения масс, мне следует взять сержанта Стоуна.
Эрин заколебалась. Она все еще не разобралась полностью в том, какова роль в предстоящей операции сангвиниста женского пола. Если Рун был пастором, то она – кто-то вроде монахини, давшей обет церкви? Что бы там ни было, но во взгляде, которым она смотрела на Джордана, не было ничего, кроме целомудрия.
Стоун, разумеется, истолковал ее предложение по-своему и подошел к одному из мотоциклов.
– Я могу вести байк. – По тому, как он произнес это, было ясно, что он хочет сидеть за рулем одной из машин. – И я хотел бы иметь своей пассажиркой Эрин.
– Вы поедете медленно и будете задерживать всех, – сказала Надия, и на мгновение во взгляде ее черных глаз промелькнула насмешка.
Эрин поначалу ощетинилась, но, вспомнив, с каким мастерством Рун вел «Мерседес», вынуждена была признать, что скорость реакции ни у нее, ни у Джордана не идет ни в какое сравнение с быстротой реакции сангвинистов.
Джордан, должно быть, тоже признал это, поскольку с тяжелым вздохом и помрачневшим лицом кивнул.
Эммануил, подойдя к одному из мотоциклов и не говоря ни слова, по-хозяйски сел на седло. Джордан последовал за Надией к другой машине.
– Вы поедете со мной, доктор Грейнджер, – объявил Рун, направляясь к третьему мотоциклу.
– Даже и не знаю, если…
Не обращая внимания на ее слова, Корца сел на седло, приподняв и расправив полы своей сутаны. Обернувшись, он похлопал ладонью в перчатке по кожаному сиденью позади.
– Я помню, как вы сказали: «Для того чтобы добыть эту Книгу, нам придется не жалеть себя». Это ведь ваши слова, не так ли?
– Да, мои, – сделав усилие над собой, согласилась Эрин. – А мы что, поедем без шлемов?
Надия, услышав это, рассмеялась, а ее оживший мотоцикл взревел.
Рун напрягся, почувствовав, как руки Эрин обхватили его за талию. Даже сквозь кожу своего костюма он ощущал тепло, исходившее от ее рук и доходившее до его тела. Какой-то момент в нем боролись два непримиримых желания: оттолкнуть ее локтем подальше от себя или прижать ближе к себе.
Вместо этого Корца сделал то, что требовалось от него в этот момент.
– Вы прежде ездили на мотоцикле? – спросил он, пристально вглядываясь в темноту леса, затянутую к тому же еще и густой дымкой тумана.
– Один раз, но это было очень давно, – ответила Эрин.
Рун чувствовал, как за его спиной колотится ее сердце. Она была напугана сильнее, чем это могло показаться по ее голосу.
– Со мной вы будете в безопасности, – успокоил ее Корца, надеясь, что так оно и будет.
Эрин согласно кивнула, но сердце ее не стало биться спокойней.
Джордан, сидевший за спиной Надии, поднял вверх большой палец, когда она нажала на газ и мотор ее мотоцикла взревел, перейдя с холостых на рабочие обороты. Эммануил просто сорвался с места и рванул вперед, не дожидаясь никого.
Надия последовала за ним.
