Эрин никогда не приходило в голову спросить, на какой глубине находится вход в бункер. Что, если она не сможет опуститься на такую глубину и ей придется дожидаться возвращения остальных, сидя в лодке? А может быть, не только вход, но и весь бункер находится под водой?
– Стоп.
Эммануил произнес свое первое слово с того момента, как они покинули аббатство; это была команда. Эрин поразил резкий тон, которым он произнес ее.
Монах указал пальцем вниз в черную глубину перед носом лодки.
Джордан пробрался на нос и, направив луч фонаря вниз, выхватил из глубины круглую арку и ее гребень, заросший водорослями.
Эммануил опустил якорь в воду так медленно, что никто не услышал даже малейшего всплеска. Поставив лодку на якорь, он снял с себя сутану, скатал ее и спрятал под свою кожаную куртку. Затем быстро, как рыба, нырнул и, держась за якорную веревку, достиг дна.
Когда он вынырнул, его мокрые белокурые волосы были заброшены за спину.
Эрин, наблюдая за ним, старалась представить, какая в этом месте глубина.
У нее перехватило горло.
– Вы оба останетесь ждать нас здесь, – сказал Рун, подавая знак Надие.
Они вдвоем нырнули с борта, накренив и качнув лодку и унося с собой фонари. Эрин, схватившись руками за оба планшира, старалась выровнять лодку, она обрадовалась, что осталась в ней вместе с Джорданом.
– Пловец ты не из блестящих, верно? – спросил он с улыбкой.
– Откуда ты знаешь?
Положив весла под лавки и выпрямившись, он ответил:
– У тебя, когда ты нервничаешь, плечи поднимаются к ушам.
Эрин мысленно отметила, что надо будет прекратить делать то, о чем он только что сказал, и, показав жестом на сангвинистов внизу, сказала:
– Конечно, плавать так, как они, я не могу.
Она наблюдала сквозь толщу воды за тем, как трио сангвинистов пыталось совладать с какой-то конструкцией, оказавшейся при внимательном рассмотрении большим металлическим люком.
– Эти ребята все время преподносят нам сюрпризы, – покачал головой Джордан. – Они ведь могут не дышать, ты в этом убедилась? Это еще один пункт в перечне свойственных им странностей.
– Ты что, ведешь такой список?
Загибая пальцы, Стоун принялся перечислять подмеченные им моменты:
– Они могут не дышать, имеют свободный кровоток, испытывают аллергию к серебру. Я ничего не пропустил?
– Как насчет того, что они способны сидеть неподвижно, как изваяния, или двигаться вдвое быстрее нас?
– Точно. И еще они охотятся на людей.
– Сангвинисты этим не занимаются, – возразила Эрин. – Это одна из их заповедей.
– Заповедь это или нет, но я могу с уверенностью сказать, что они только и думают об этом. В их натуре присутствует сладострастие. – Склонившись к ней, он продолжал: – Я же видел, как Рун смотрит на тебя, с восхищением и с горячим желанием.
– Прекрати! У него и в мыслях нет ничего подобного.
Чувствуя, что ее слова звучат недостаточно убедительно, Эрин сочла за лучшее отвернуться от Джордана, к тому же воспоминания о том, что происходило в подземном храме в Иерусалиме, были еще свежи в ее памяти.
– Просто будь с ним поосторожней, – добавил Стоун.
Эрин снова посмотрела на него, чувствуя в его предостережении какой-то непонятный ей подспудный смысл. Он был прав в своих подозрениях или просто ревнует? Она пока не разобралась, какое из этих предположений может причинить ей большее беспокойство.
Как раз в этот момент над поверхностью воды рядом с лодкой показалась черноволосая голова. Это была Надия.
– Люк открыт. Проникнуть в бункер возможно через воздушный шлюз. Но мы должны войти все одновременно, задраить первый люк, а затем открыть второй.
Отплыв на ярд от лодки, она подала рукой знак Эрин и Джордану следовать за ней.
Джордан тут же нырнул: ведь солдат всегда солдат. Быстро вынырнув на поверхность, он перевернулся на спину и с широкой улыбкой уставился на Эрин.
– Вода прекрасная, – сказал он, но его дрожащий голос яснее ясного сказал ей, что он лукавит.
Надия, поняв причину нерешительности Эрин, сказала:
– Если ты боишься, то, может быть, тебе лучше оставаться в лодке.
Эрин, встав на скамью, шагнула за борт. Вода, холодная, словно только что растопленный снег, буквально обожгла ее, словно пытаясь этим довести до ее сознания абсурдность совершенного ею действия и призывая ее вернуться в безопасную лодку.
Но Эрин, сделав глубокий вдох, нырнула прямиком к раскрытому люку.
Рун, стоявший на дне озера, слышал, как изменились биения двух человеческих сердец, когда Эрин и Джордан оказались в воде. Высунув голову из арочного входа и включив свой фонарь, он использовал его луч как маяк, указывающий им, куда плыть. Черные силуэты их тел, погружающихся в глубину, были отчетливо видны в серебряном свете луны, падающем на поверхность озера.
Солдат плыл быстро, но в то же время берег силы. Он мог бы достичь дна в несколько секунд, но замедлил погружение, внимательно следя за Эрин.
