– Вот видите! Это и удивительно. Ведь я отправился к вам из две тысячи одиннадцатого года. Я никак не мог попасть в тысяча шестьсот тридцать третий, потому что прошлое недоступно для путешественников. Не может старик стать младенцем, вернуться в утробу матери и обратиться в семя своего отца; так и мы не можем проскользнуть в прошлое. Божественное правило хронологической последовательности нельзя нарушить: высшая божественная правда не позволит. И как же я, черт возьми, попал сюда, в вашу эпоху Возрождения, которая давно сгнила и разложилась в далеком прошлом? Я, человек будущего, как я попал в это проклятое небытие?
– У меня есть только одно объяснение, – отвечал Бальтазар. – Никакой вы не человек будущего. Вы родились здесь, в этой эпохе, в этом времени, но потеряли почву под ногами, ваш рассудок повредился от фантазий, которые окутали вас, как туман, а вы поверили туману. К тому же вы вошли в связь с демоном, наивно полагая, что он для вас не опасен, поскольку принадлежит к низшему разряду бесовской иерархии. Но это самообман. Демон даже самой низшей категории смертельно опасен для человека, ибо состояние разума любого демона есть абсолютное зло, а сила этого зла умножается на ангельские способности, которые каждый демон сохраняет в себе после низвержения из ангельского чина. Все демоны – бывшие святые ангелы, самый ничтожный из них в прошлом тоже ангел, а способности ангелов очень велики. Всю силу тех способностей демоны сохранили, когда отреклись от Бога и прокляли Его. Разница в том, что ангелы направляют свои способности на то, чтобы помочь человеку спасти свою душу от ада, демоны же направляют те способности на противоположное – чтобы загнать нас в ад. Не следует недооценивать демонов, их злобу, их коварство и жгучую жажду во что бы то ни стало нас погубить, подвести к самому краю адской пропасти и столкнуть в нее.
– Других объяснений я от вас и не ждал, – криво усмехнувшись, промолвил Филиберт. – Конечно, может быть, вы и правы, но только учтите: ваша правота совершенно недоказуема. В нее можно верить или не верить, а вот доказать нельзя.
– Да, но и ваша правота недоказуема ровно в той же степени, – с улыбкой отозвался Бальтазар. – Таким образом, наши мнения находятся в полном равновесии. Выбор любого из двух мнений – дело веры, а не принудительной необходимости.
– Согласен, – не стал спорить Филиберт. – Вы, я смотрю, человек умный. А с умным человеком и поговорить любопытно. Не правда ли?
И Филиберт лукаво подмигнул Бальтазару, которого обожгло ледяным холодом от фразы: «А с умным человеком и поговорить любопытно».
Филиберт приблизил лицо к Бальтазару и еле слышно скороговоркой зашептал:
– Да, это запретная фраза, и ее острие вонзилось вам в сердце, и я знаю, каково вам сейчас. А не хотите ли узнать, откуда эта фраза взялась и кто ее породил?
Но шепот был настолько тих, почти неразличим, что весь его смысл казался наваждением, и Бальтазар, взяв себя в руки, решил не подавать виду, что расслышал этот дьявольский шепот. Проглотив слюну, он как можно спокойней произнес:
– Вернемся к нашей первоначальной теме. Вы рассказывали мне про послушника Дидерика и его возлюбленную Клементину.
– Ах да! На чем я остановился?
– На том, что Дидерик просил вас быть свидетелем на его свадьбе с Клементиной, – подсказал Бальтазар.
– Точно! Так вот, однажды ночью он устроил обряд венчания, и это был странный обряд. Венчал Дидерика с Клементиной кто-то невидимый. Дидерик обращался к нему, как будто видел его. Жутковатое зрелище! Потом Дидерик объяснил мне, что их венчал его покровитель из высших сфер, святой Тарасий, тот самый восточный патриарх. Обряд венчания происходил во дворе лечебницы. У Дидерика был ключ, чтобы отпереть одну из дверей и выбраться наружу. Потом Дидерик сказал мне: «Святой Тарасий хочет с тобой говорить. Приготовь свой разум». И тут я услышал голос. Словно кто-то шептал мне в самое ухо. Страх объял меня, дрожь пробежала по телу. Голос был какой-то подземный, будто из пещеры. «Чадо мое, – произнес он, – знай, что время – как та змея, пожирающая собственный хвост. Поэтому не оставайся в хвосте, чтобы не быть пожранным. А теперь беги и спрячься». После этого мне стало так страшно, что я бросился в здание, под защиту стен, и уже не видел, что там творилось во дворе. А наутро стало известно: Дидерик убил Клементину.
Бальтазар поблагодарил Филиберта за ценные сведения и спросил:
– Если не секрет, что вы видели, когда путешествовали в грядущее сквозь время? Что нас там ожидает?
– А вы любопытны! – осклабился Филиберт. – Доказываете мне, что мои путешествия суть дьявольские фантазии, и сами же хотите сунуть нос в гущу бесовских видений. Получается, что любопытство превыше всего?
– Ну, как вам сказать, – сконфуженно улыбнулся Бальтазар, – мне действительно интересно…
