— Уж этого-то я не знаю! Легенд много ж ходит, но сходятся в одном: без смертей не обойтись. Говаривают, самому на себя руку поднять нужно: за раз избавиться от души, сердца и разума. Только где ж уж нам знать об этом…
— Я много искала про родство, но практически ничего нет. То, что вы говорите, слышу впервые.
— Так и не мудрено. Из уст в уста передаётся же. Старожилов искать надо близ Столицы, они тебе и не такого расскажут, если интересуешься.
— Старожилы… — почти беззвучно выдыхает Эсфирь.
Она благодарно улыбается тётушке До и даже приседает в прощальном книксене, на что старушка смеётся. Если бы только добродушная тётушка знала, что творится в голове многовековой ведьмы, то ни за что бы в жизни не призналась, что верит в родство душ.
Эсфирь на впечатляющей скорости врезается в чью-то широкую спину.
— Твою мать! — недовольно фыркает она, когда чувствует, что встреча с полом неизбежна.
Мужские руки вовремя подхватывают её, ставя ровно перед собой. Генерал Себастьян насмешливо щурит глаза, пытаясь оставить остальное лицо с напускной серьёзностью.
— Ты решила самоубиться до Посвящения? — серьёзно выдаёт он, отчего ведьма растягивает губы в улыбке.
— Или ты, — пожимает плечами она, намекая выразительным взглядом, что она всё-таки не просто какая-то ведьма — Верховная.
— Выглядишь… чарующе…
Себастьян быстро скользит взглядом по её нетипичному виду.
Ведьма стояла словно молодая королева этого замка, альвийский шёлк безупречно струился волнами, украшения блестели в тёплом солнечном свете, а взгляд более не был колючим и диким, скорее — непривычно тёплым, каким-то хозяйским и перехватывающим дыхание. Ради неё хотелось отдать жизнь, не раздумывая, чтобы она не совершила.
— Не представляю и малейшего значения, куда ты так гналась, но скоро начнётся аудиенция, тебе нужно присутствовать. Видар и без того не доволен твоим отсутствием за столом.
— Король вряд ли оценит, что ты вызвался меня сопровождать, — хмыкает Эсфирь, с интересом оглядывая, как рука Себастьяна элегантно сгибается в локте, ожидая её руку.
— Он приказал направить за тобой начальников стражи. Если учесть, что я — генерал…
— Начальник, всвоем роде, — иронично хмыкает она, принимая его руку. — Ваш ревнивый король наверняка думает, что я околдовала тебя.
— А ты не околдовывала? — смешливо дёргает бровями Баш.
— Как я могу? — подыгрывает ему ведьма. — Уж ему-то бояться нечего. Ведьмин шармдействует лишь тогда, когда ты не испытываешь сильных негативных эмоций.
— Всё же он есть?
Себастьян стремится не утерять шутливого настроя, но взгляд становится серьёзнее. Неужто Видар прав?
— Своеобразное проклятие всех ведьм, — пожимает плечами Эффи. — У тебя это почти прошло.
— То есть?
— Я знаю, что ты чувствовалослепление. Оно сходит на нет спустя несколько дней или недель и остаётся лишь… хорошее отношение к нам. — Эффи тщательно подбирала последние слова. — Нежить уже властна над своими эмоциями. К слову, половина вашей Тэрры меня ненавидит, — ухмыляется она.
— Это не так, — быстро вставляет Себастьян. — Далеко не так, когда-нибудь ты это увидишь.
— Не теряешь надежды на то, что я тут задержусь? — лукавая улыбка касается пухлых губ.
— Как я могу? — возвращает ей генерал.
Всего лишь ведьмин шарм. Всего лишь. Да, он чуть с ума из-за него не сошёл! С плеч Себастьяна будто оковы падают.
Прислуга распахивает двери в тронный зал, пропуская их внутрь.
Видар, расслабленно восседавший на троне, переводит взгляд на вошедших. Тело наливается напряжением, он с усилием пытается отвести взгляд, но не может, жадно впитывая каждое, почти эфемерное, движение ведьмы.
От того, как она улыбается, и улыбается всем, кроме него, перехватывает дыхание. Он не видел её такой… расслабленной или счастливой. Он вообще не замечал раньше её дьявольской красоты: как опасно сверкают разноцветные глаза, как губы лукаво растягиваются, а брови аристократично изгибаются.
Белый — не был её цветом, но никто, кроме неё, не выглядел так величественно, облачаясь в снежную пургу.
— Кровавый Король, — хмыкает она, выпуская руку генерала.
— Верховная Тринадцати Воронов, — в тон ей отвечает Видар.
— Выглядишь уставшим.
Она ведёт плечиком, отчего король едва заметно облизывает губы.
— Выглядишь… сносно, — дёргает жгучей бровью.
— Сносно? — не удерживает смешок Эсфирь.
«Он издевается? Я выгляжу, как демонова королева!»
— С минуты на минуту начнётся аудиенция. Займи своё место! — приказывает Видар, не желая более говорить с ней. Бешено-стучащего сердца с лихвой достаточно.
Он удивлённо осматривает Эсфирь, когда та, молча кивнув, со счастливой улыбкой на губах, занимает место подле правой руки Видара.
«Да, что не так с этой инсанис?»
— Ваше Величество! — громкий голос слуги разлетается по зале. — Прибыли Его Величество Брайтон Киллиан Бэриморт — Король Пятой Тэрры в сопровождении Паскаля Яна Бэриморта — генерала-покровителя Малварских Карателей.
Двери безумно медленно (для Эсфирь) отворяются. От накатившей радости и желания очертя голову ринуться в объятия — она чуть ли не ёрзает на кресле, словно маленький ребёнок.
