Лэй подъехал к дому, заглушил машину, посмотрел на часы и обхватил пальцами ее запястье, проверяя пульс. От этого легкого прикосновения ей как будто стало легче. Кара прикрыла глаза рукой, пытаясь вернуться в реальность, но густая как кисель тяжесть утаскивала ее обратно. Мужчина вышел из машины, отстегнул ее и, подняв на руки, вынул из салона. Почувствовав внезапное движение Кара вздрогнула, обхватывая его руками за шею и беспокойно прижимаясь к единственной опоре, которую чувствовала перед собой. Он замедлил шаг, стараясь не тревожить лихорадящую девушку, и бережно занес ее в дом.
Белоснежное платье, усеянное россыпью сверкающих камней, зашуршало, когда женщина взялась за подол и подтянула длинный шлейф. Она отвернулась от зеркала, оборачиваясь на неожиданную гостью. Внимательные зеленые глаза хитро сузились, а на губах заиграла теплая открытая улыбка.
– Я ждала тебя, дитя, – подмигнула она, протягивая ладонь.
– Ждала? – опешила Кара, оглядываясь по сторонам.
Просторная светлая комната в викторианском стиле создавала ощущение утонченной помпезности и некой торжественности. Льющийся из высоких окон свет топил помещение в молочной дымке и, отражаясь от драгоценностей на ткани, подсвечивал женщину мягким сиянием.
– Подойди. Помоги мне, – сказала Мария и раскрыла ладонь шире, поторапливая замешкавшуюся девочку.
Кара двинулась вперед, подмечая детали изысканного интерьера. Фигурная лепнина на высоком потолке, массивная резная мебель, бежевый паркет. Справа от широкого зеркала стену украшал мраморный камин, слева – углубленная ниша с книгами.
Она взяла женщину за руку – та сразу же опустилась на колени, подтягивая Кару ближе, и повернулась спиной, перекидывая копну каштановых волос вперед. Ослабленная лента, продетая между петельками, волнами спускалась с корсета и подрагивала от малейшего движения. Кара принялась ее затягивать, попутно косясь на задумчивое лицо Марии, обращенное к окну. Кого-то она ей смутно напоминала, но вспомнить никак не получалось.
– Я знаю, зачем ты здесь.
Кара замерла с лентой в руках.
– Жаль, он не увидит, какая я сегодня красивая, – женщина провела ладонью по кружевному рукаву, и улыбка ее погасла.
Горечь и сожаление, что она сдерживала, дрожали вокруг нее, резонируя с окружающим пространством.
– О чем ты говоришь? – Кара завязала ленту бантиком и взволнованно отступила.
Мария обернулась. Она была так добра и прекрасна, что захватывало дух. Но через мгновение лицо ее исказилось гневом и отвращением.
– Разве ты не видишь, что тебя используют? – ядовито прыснула она. – Ты никому не нужна! – женщина вцепилась ребенку в запястье и рванула на себя. – Ты – ошибка.
Оцепенение сковало Кару по ногам и рукам. Она не могла пошевелиться, настолько сильная ненависть разливалась вокруг.
– Никто тебя не любит! – шипела Мария.
– У такой как ты нет права жить! – женщина сверкнула глазами и вцепилась ребенку в горло.
–Замолчи! – закричала девочка, проваливаясь в омут злости и отчаяния и пытаясь освободиться от ее дикой хватки.
Кара схватилась за шею и села в кровати, вздрагивая от все еще явственных ощущений прикосновения безумных холодных пальцев.
В прошлый раз Мария сожалела, а в этот пыталась убить. Вероятность, что хотя бы что-то из этого правда, невелика. И все же девушку передернуло от страха, который еще не успел рассеяться после пробуждения.
Уже не верилось ни в один из сюжетов, что преподносило подсознание.
Обнаружив себя одетой во вчерашнюю спортивную одежду, Кара на мгновение задумалась, так как совершенно не помнила, как добралась до кровати. Смутно припоминала поездку в машине, а дальше…
Девушка помрачнела и упала лицом в ладонь.
Косвенно, но, несомненно, угрожал. Проверять, блеф это или нет, не хотелось. Слишком страшно. От воспоминаний о его высокомерном тоне укололо злостью. Подушка с глухим звуком прилипла к стене напротив кровати и сползла на пол.
Кара нахмурилась и завалилась на бок. Вчерашняя слабость утихла, но оставила после себя странное ощущение. Небольшая тяжесть во всем теле, как будто ты уже устал, еще не успев проснуться, легкая муть в голове и раздражение от раннего пробуждения.
Девушка перевела взгляд на часы.
12 дня.
Странное чувство. Казалось, организм провалился в какую-то апатию и там и остался.
Кара привела себя в порядок, умылась, переоделась и двинула вниз за водой.
Директор в этот раз проводил выходной дома, а не как обычно на работе. Уже на лестнице был слышен шум воды и звон посуды.