Ладони ощутили пушистый ворс, и она махом села, пожирая глазами то пространство, которое вчера занимал директор и ноутбук с документами, а затем в панике схватила телефон, уставившись на время – 07:00.
Кара стала со скрипом вспоминать, что вчера оставила телефон наверху, а потом просто отключилась здесь внизу.
Не в силах вынести внезапно ниспосланной ей заботы, девушка смущенно спрятала лицо под плед и замерла. Этим пледом она вчера укрыла Лэя. Кара сжала ткань в руках, пытаясь совладать с новым неведомым прежде чувством неловкости от родственной заботы с той стороны, откуда ее можно было даже не мечтать получить.
Но тут она замерла с широко раскрытыми глазами, вспомнив, что вчера сделала. Без разрешения залезла в правительственную базу. Кара нервно замоталась в плед, перевернувшись на живот и уткнувшись головой в мягкую сиденьку.
Кара нервно рассмеялась.
Девушка сползла с дивана, включила чайник и стала рыскать по ящикам белоснежного гарнитура в поисках того, чем можно позавтракать на скорую руку. Какие-нибудь злаковые смеси. Но нашла только овсянку. Засыпав хлопья в мультиварку, она бережно сложила плед и отправилась наверх привести себя в порядок. Дверь в спальню Лэя была приоткрыта, маня интерес деталями стильного интерьера. Она притормозила, но тут же помотала головой, одергивая себя от излишней любопытности, и направилась в ванную, по пути закинув плед в выделенную ей комнату и захватив чистое белье.
Промокнув лицо полотенцем, Кара внимательно уставилась на себя в зеркало. Точечное освещение ванной комнаты выбеляло кожу, делая еще бледнее, чем обычно, контрастно оттеняя черные длинные волосы, спадающие по спине до самых бедер.
– Белоснежка? – усмехнулась она, – и правда похожа, – аккуратные черты лица и серые глаза гармонично бы вписались в общий мрачновато-готический образ, который иногда мимолетно проскальзывал в облике при проявлении ей излишней серьезности, как сейчас, если бы не мягкое добродушное лицо, рассыпающее всю сказочную картинку.
Девушка положила ладонь на волосы, собираясь убрать их в высокий пучок на голове, чтобы не намочить, и рука ее дрогнула. Зеркала во всех ванных этого дома располагались на всех стенах сразу и отражали все, что скрывалось даже от ее собственных глаз. Она старалась не думать о своем увечье, не пропускать в сознание ни единой мысли о нем, как будто его и вовсе не существовало. Приходилось смотреть строго вниз, глядя на ручьями стекающую с ног воду. В родительском доме в Нью-Шеле в ее ванной комнате висело всего одно малюсенькое зеркало для лица и не показывало лишнего. А здесь, приятная процедура превращалась в пытку. Кара выскочила из ванной, как только закончила все свои дела, не желая оставаться там ни секундой дольше необходимого.
Она только успела собраться и позавтракать, как ровно в девять приехал Колин. Человеком он был очень замкнутым, неулыбчивым и неохотно отвечал на вопросы. Девушка оставила попытки его разговорить и опустила взгляд в экран телефона. Со вчера от Танана – ничего, тишина.
Оставалось только гадать, насколько сильно. Кара немного жалела о своей гневной реакции, но если бы она смягчилась – он бы не понял, как на самом деле обстоят дела и продолжил бы ее продавливать.
Это стало очевидно уже довольно давно, однако прежние теплые чувства и сильная привязанность к нему тянули ее в нерациональную сторону. Но теперь между ними встало что-то более значимое, и она больше не могла топить себя рядом с ним.